На Вечном Мосту хватало относительно безучастных (пока что) зрителей и, уверен, многие из них согласны с Атоном. Я мог бы и раньше включиться в битву. Вот только это был неправильный путь. Как бы жестко ни звучало, но наши потенциальные союзники должны были на собственной шкуре прочувствовать, насколько сильны члены главных семей кланов Венер и Сет. Истукан Уриил или же побежденный за несколько секунд Зар Ахриман надолго останутся в памяти всех присутствующих. «Беспомощный Гуру»! Что за оксюморон? Что за жестокий разрыв шаблона?

— Померились силой и хватит, — вместо ответа проговорил я. — Вам ведь тоже не нужно устраивать здесь бойню?

— Не нужно, — сухо произнес Сет, продолжая испепелять меня взглядом, — но и не мы первыми напали.

Я мельком глянул по сторонам. Поражение «наших» Гуру изрядно умерило пыл бойцов. Нет, битвы не прекратились, однако протекали довольно вяло. Те же из разумных, кто не вступил в сражение сразу, уже и не спешили ввязываться, напряженно поглядывая то на Атона, то на Тюран, а то и на распахнутые двери Осевого (или же Вечного) Дворца.

И тем не менее далеко не все отказались от мысли надрать зад Сетам и Венерам прямо здесь и сейчас.

— В сторону, Господин Ильяриз! — раздался позади меня голос Одинсона, хотя я и сам уже ощутил мощнейший всплеск праны сразу с двух сторон, почувствовал спиной жар, услышал треск молний.

Пусть сдвоенная атака Абалима Михаила и Тюра Одинсона была для меня ожидаемой, все равно в мыслях хотелось лишь ругаться матом. С другой стороны, нам все равно вряд ли бы удалось именно сейчас остановить военный конфликт. Судя по выражению лица Сета, он всерьез раздумывал прикончить меня, пока мы ждем того, кто должен выйти из Дворца. Все-таки именно я убил родного сына Атона, а потом скормил труп своему дракону.

Видимо как минимум еще одной волны сражения нам не удалось бы избежать, так что и смысла нет ругаться на горячих парней — бога, использовавшего молнии, и ангела, шарахнувшего огнем.

Укрепив тело праной и ёки, я рванул влево метра на четыре и резко развернулся. Громадный огненный вал и точно такой же вал из молний столкнулись «боками» и единым фронтом устремились к Атону Сету. Я все еще был в зоне поражения (в огненной части), однако не особо переживал по этому поводу. Даже столь сконцентрированную технику Гуру я без особых проблем переживу, благодаря своей ёки. К тому же не я являюсь целью этой техники, и меня зацепит лишь краем.

Куда важнее в тот миг для меня было в деталях лицезреть ответ Атона и подготовиться к последствиям.

К сожалению, Сет не разочаровал меня. Все-таки не зря он тоже концентрировал обе энергии. Хлопнув в ладони, Атон резко развел руки в стороны настолько далеко, насколько ему позволил размах. Перед ним в мгновенье ока зародилась песчаная буря. Эдакий хабуб в миниатюре тут же устремился навстречу огню и молниям, и уже через миг разросся настолько, что заслонил собой и Дворец, и небо.

Я чувствовал, в какой своей части хабуб имеет наибольшую силу — разумеется, именно в той, которой предстояло столкнуться с атакой двух Гуру, а после, разметав ее, и с самими Гуру. Притом и остальные части песчаной бури нельзя было назвать слабыми, а помимо огромного количества праны техника Атона была напитана и эфиром, о чем свидетельствовали бесчисленные серебристые искорки, мерцающие среди песчинок. Глядя на них, я потратил полмгновенья, чтобы уточнить у своей Способности к кому на помощь спешить. К двум Гуру или же к тем разумным, чьи жизни для меня гораздо дороже? Ведь и дядя Гена, и мои Стражи, и Тина, как и все остальные условно «наши» попадают в зону действия атаки Гуру, владеющего истинным эфиром.

— Проклятый монстр… — слуха коснулось изумленное бормотание Одинсона.