— Почему вы говорите год, Господин Ильяриз? — поднял на меня вопросительный взгляд Михаил.

— Потому что наемники не согласятся на меньший контракт, — спокойно ответил я, — они ведь перед наймом спросят против кого воевать придется. Риски оценят.

— Вы думаете нужно нанимать прямо всех наемников, Господин Ильяриз? — поинтересовался Ахриман.

— Да, — кивнул я, — в том числе и ради того, чтобы их не наняли другие. Те самые кланы, которые захотят выслужиться перед Осевым Королем.

— И все-таки, сколько ж это будет стоит… — покачал головой Ладимир.

— Вы сами говорили, Господин Перун, что вступать в войну стоит ради победы, а не ради участия, — позволил себе улыбку я.

— Да я ж не спорю, — усмехнулся бог.

В беседке вновь воцарилось молчание — умные головы считали монеты, прикидывая, что говорить своим Вассалам и что обещать.

— Господин Ильяриз, — нарушил тишину Курст, которого в данный момент интересовало совсем другое, — с наемниками понятно, а что насчет спасения моего отца и Господина Абалима Михаила? Вы говорили, у вас есть план?

Я тяжело вздохнул:

— Есть… На данный момент я считаю, единственное, что мы можем сделать — пытаться добиться аудиенции с Королем, его Министрами, Председателем Ареопага — со всеми официальными лицами. С последним это сделать будет проще, но у него и власти меньше. И тем не менее дипломатия сейчас наше единственное оружие.

— Его не хватит, Господин Ильяриз, — сухо проговорил Михаил.

Я не знал, прав он или нет. Моя Способность не давала четкого ответа относительно будущего двух пленников. Видимо, из-за того, что их жизни напрямую зависели от Осевого Короля.

— Однако это лучше, чем устраивать штурм прямо сейчас, — ответил я.

— Нам нужен, как минимум, один запасной план, Господин Ильяриз, — настойчиво проговорил Курст. — Если переговоры не приведут к успеху.

— Есть он у меня, — вздохнул я тяжелее, чем раньше. — Если к утру четверга никто из вас не сможет договориться об освобождении Господина Абалима и Господина Вильфхейма, мне придется разыграть козырную карту. Прошу вас, не спрашивайте какую, по возможности, я бы не хотел ей пользоваться.

Глава 11. Подготовка

Когда я проснулся, Хани уже была при своем домашнем параде. Третье утро подряд жена встает раньше меня и наводит марафет, чтобы порадовать мужа. Интересно, что конкретно ей движет? Желание зачать ребенка? Желание побыть вместе с занятым мужем и понимание, что проще всего это сделать в нашей спальне? Желание провести со мной как можно больше времени перед предстоящей разлукой? Или именно плотское желание открывшей для себя новые грани жизни девушки? Хотя… неважно. Я рад, что она рядом, и что я могу уделить ей время.

Когда мы закончили, довольная Ханиэль упорхнула в свою комнату, чтобы второй раз за утро заняться своим внешним видом. Я же какое-то время тупо лежал на кровати, разглядывая потолок. Наконец, поднялся, подошел к висевшей на стене гравюре и постучал по ней особым образом. Гравюра плавно поехала вверх, открыв прекрасный вид на дверь сейфа. Я ввел код, приложил большой палец, пустил немного праны, и сейф открылся.

Достав коробку, я извлек единственное оставшееся в ней кольцо. Убрал лишнее обратно в сейф и сел на кровать, разглядывая артефакт. Интересно, на чей палец его надену… Вопрос.

Вновь поднявшись на ноги, положил колечко на тумбочку — на видное место, чтобы не забыть взять с собой, и отправился умываться.

После завтрака мы вместе с дядей Геной, Ранзой и нашими Стражами выдвинулись в Харух, где должен был пройти первый этап переговоров с Хвостом Виверны.