|
Такое большое количество квадратных метров, предназначенных для лечения разумных, обычное дело для родовых гнезд. Отдельную «больницу» используют, как правило, для Дружинников, иногда для Стражей. Часть первого этажа господского дома предназначена в первую очередь для дальних родственников Аристократов, и если остается место, то для Стражей Главы рода и членов его семьи. Ну и третий этаж (тот, где расположены господские спальни) для самых близких, либо очень важных и дорогих гостей. К тому же, если раны не особо тяжелые, жители дворца вполне могут «болеть» в своих постелях, а не в специально отведенных для этого местах.
Возглавить транспортировку раненных в медчасть вызвалась Ранза, поручившая это важное дело своему Стражу Линси. Отдельно стоящего лазарета вполне хватило, чтобы вместить всех наших тяжело раненных. Те же, кому во время боя досталось меньше, получив первую помощь, предпочли отказаться от наставлений целителей и не занимать койки.
Спустя примерно полчаса после того, как начался перенос раненных, со мной связался Бладинский и доложил, что прибыла мама в компании с Дружиной Кости (Стража-некроманта дяди Гены), трех неизвестных мне наемников (как позже выяснилось, выбранных лично Крокомотом для охраны мамы) и Альбой – матерью моих оборотней.
Встречать их я не поехал. Перед тем как выслать остатки Торрезов с территории мы спросили у них, как именно раньше была организована встреча гостей – все-таки при хорошей памяти и за один раз можно запомнить все повороты лабиринта, а сегодняшний гость вполне может оказаться завтрашним врагом. Нехотя дряхлый старик-минотавр (после прямого приказа Ггорга) рассказал нам, что лабиринт, словно живое существо, минимум раз в сутки сам меняет свои коридоры, а под дворцом внутри плато есть камень, в которой нужно вложить немного праны, и правильный путь по лабиринту моментально подсветится золотым цветом.
С Ггоргом, а после и со стариком, я говорил с глазу на глаз, так что никто, кроме меня, не слышал этого секрета. Однако к «камню» я пошел в компании с дядей Геной.
Путь к нему представлял собой тайный ход, ибо лестница, ведущая вглубь плато, была скрыта в стенах дворца. Попасть на нее можно было с любого этажа: с третьего из господской спальни, со второго, если особым образом постучать по стеклу вмурованного в стену аквариума, с первого – из кабинета. Едва мы шагнули на тайные ступени, как сразу же загорелся холодный голубоватый свет, так что мы прекрасно видели, куда идти.
- Честно говоря, выглядишь ты не очень, - послышался за спиной голос дяди Гены, когда мы спускались вниз. - Оно и не удивительно, после такой-то битвы.
- По мнению целителей, мне вообще не стоит шевелиться, - хмыкнул я, устало ковыляя по ступеням. – Но это сейчас непозволительная роскошь.
- Агась. Что б ты знал, я очень горжусь тобой.
Его слова прозвучали неожиданно. Я даже на миг сбился с шага, однако, улыбнувшись, продолжил идти вперед. Хотел ответить «спасибо», но не успел.
- Однако постарайся изобразить более здоровую походку, - продолжил Крокомот. – Инни плевать на политику, увидит тебя таким и всю плешь проест тебе да и мне за компанию, лишь бы принудить тебя к постельному режиму до полного восстановления. И не убедишь ее, что нет времени разлеживаться, точно зимующий медведь. А, что самое забавное, Госпожа Махамайя-то явно к ней присоединиться в таком случае, - мне даже оборачиваться не пришлось, чтобы понять, что на лице дяди Гены в этот момент замерла ехидная ухмылка. – Нужно же с будущей свекровью и без того хорошие отношения улучшать. Не думай, что девочек-Аристократок не учат различным мелким хитростям. Все-таки обычно их отдают в чужой род и клан, где им только предстоит незаметно прогрызать себе место под солнцем.
- Учту, - отозвался я, выпрямив спину. Про себя же подумал, что зря дядя Гена выдал эту тираду, все-таки на людях я стараюсь слабину не показывать, это наедине с ним расслабился. |