Редди сидел, прислонившись спиной к стене и согнув руки в локтях. Его ладони были обращены вверх, а пальцы рук — согнуты. Его маленькие кисти, покрытые кровью, напоминали Байсезе двух крабов. Кровь пульсирующим потоком вытекала из раны прямо под его левым бедром.

— Сегодня мы много крови повидали, Байсеза, — сказал он, не переставая улыбаться.

— Да уж, — ответила она.

Байсеза вытащила из кармана тампон и попыталась засунуть его в то место, куда вошла пуля. Но кровь не переставала быстро вытекать. Выстрелом Сейбл, должно быть, повредила ему бедренную артерию, одну из главных магистралей, по которой кровь попадает в нижнюю часть тела. Она не могла его никуда перенести, не могла сделать ему переливание, не могла вызвать помощь.

Но она не должна терять время: лейтенант попыталась представить себе, что ремонтирует сломавшуюся машину, грузовик, у которого пробило радиатор. Мысли в ее голове мелькали одна за другой. Байсеза начала рвать штанину у раненого на ноге.

— Ты лучше помолчи, — посоветовала она. — Все будет хорошо.

— Как сказал бы Кейси: «Не надо гнать».

— Не стоит брать пример с Кейси.

— Расскажи мне, — прошептал он.

— О чем?

— О том, что из меня получится… вернее, о том, что бы из меня получилось.

— Сейчас у меня нет на это времени.

Когда Байсеза убрала ткань, перед ее глазами широко распахнула рот рана, напоминающая собой кровавый кратер, из которого не переставала вытекать темно-красная жидкость.

— Ну же, помоги мне.

Она взяла его руки, наложила их на рану и стала давить на них одной своей рукой, тогда как пальцы второй, по первую фалангу, засунула внутрь ноги Редди.

От боли его спина выгнулась, но парень не закричал. Лицо его казалось ужасно бледным. На полу под ним образовалось озеро из собственной крови, в котором отражалось расплавленное золото бога.

— Скоро времени на это не будет у меня. Байсеза, пожалуйста.

— Тебя будут восхвалять, — сказала она, не отрываясь от дела. — Глас народа, глас века. Слава о тебе разнесется по всему миру. Станешь богатым. Ты будешь отказываться от наград, но они не перестанут к тебе приходить. Ты поможешь сформироваться национальному образу. Будешь удостоен Нобелевской премии в области литературы. Будут говорить, что слова твои знакомы в мире всем, кто только может читать…

— А-а, — он улыбнулся и закрыл глаза.

Она сдвинула свои пальцы, и кровь хлынула наружу с той же силой. Редди застонал и сказал:

— Ты говоришь о тех книгах, которые я никогда не напишу.

— Но ведь они существуют, Редди. Они в моем телефоне. Все до последней строки.

— Да, наверное, существуют, даже несмотря на то, что это противоречит здравому смыслу, ведь автор умрет прежде, чем успеет их написать… А у меня будет семья?

Пытаться остановить кровотечение подобным образом было все равно, что пытаться заткнуть бьющую из прорвавшейся водопроводной трубы воду подушкой.