Ведро Абдикадира было доверху наполнено водой, поэтому держать его, по всей видимости, было трудно. Тем не менее он удерживал его одной рукой, а второй отмечал восковым карандашом уровень в нем. Затем он опустил ведро, и она увидела застывшую в воздухе сферу, Глаз Зла, с поверхности которого сбегала вода. Абди старался не позволить ни одной капле упасть на землю. Палатку с людьми-обезьянами переместили на несколько десятков метров в сторону, заменив сферу шестом.

— Он уже полчаса окунает этот чертов шар, — сказал Кейси, тихо хихикая.

— Зачем тебе это нужно, Абди?

— Я пытаюсь определить ее объем, — пробормотал Абдикадир. — И чтобы сделать это с максимальной точностью, я должен повторить эту процедуру как можно больше раз. Это называется наукой. И спасибо за поддержку, кстати…

Он снова поднял ведро, полностью погрузив сферу в воду.

Байсеза обратилась к Кейси:

— Мне казалось, что хирург запретил тебе вставать с постели…

Кейси пренебрежительно фыркнул и выставил туго перебинтованную ногу перед собой.

— Да глупости все это. Перелом оказался открытым, и они отлично вернули все на место, — но без анестезии, как узнала между делом Байсеза. — Но я не хочу просто сидеть и плевать в потолок.

— А как насчет вас, мистер де Морган? — спросила Байсеза. — В чем ваш интерес в этом?

— Я деловой человек, мэм, — ответил коммерсант, всплеснув руками. — Вот почему я здесь в первых рядах. Нахожусь в постоянном поиске новых возможностей. И естественно, я заинтригован вашей упавшей с неба машиной! Предполагаю, что как вы, так и капитан Гроув хотите держать ее существование в секрете. Но это, этот парящий в воздухе шар совершенства, не принадлежит ни вам, ни Гроуву… И даже в эти переполненные странностями дни он не перестает нас удивлять своей необычностью, пусть даже мы к нему успели быстро привыкнуть! Вот он висит там, поддерживаемый чем-то для нас невидимым. Не имеет значения, как сильно вы по нему ударите — даже выстрелите, а это уже делали, несмотря на опасность рикошета, — вы не сможете ни отбить от него кусочек, ни даже сдвинуть с места хотя бы на один дюйм. Кто его создал? На чем он держится? Что таится внутри него?

— И сколько он стоит? — подколол коммерсанта Кейси.

— Нельзя винить человека за его старания, — с легкостью парировал де Морган, рассмеявшись.

Джош немного рассказал Байсезе о Сесиле. Он родился в семье обедневших аристократов, ведущих свой род со времен первого нападения Вильгельма Завоевателя на Англию, которое случилось более восьми веков назад, и сумевших обогатиться на покоренных землях саксонских королевств. Но последующие столетия, по собственным самоуничижительным словам самого де Моргана, «переполненные алчностью и безрассудством, которые наследовало каждое новое поколение», оставили семью без гроша, но с воспоминаниями о днях былого богатства и власти. На примере комиссионера Редди отмечал, что подобные проходимцы стали бичом для Британской Индии. Насколько Байсеза могла судить, ни в чем нельзя было доверять де Моргану, с его зализанными назад черными волосами и хищными, вечно что-то ищущими глазами.

Абдикадир слез с табурета. С серьезным лицом он переключил свои часы в режим калькулятора и начал вводить полученные результаты проведенного им эксперимента.

— Ну давай, мозголом, — насмешливо сказал Кейси. — Поведай нам о своих успехах.

Пуштун опустился на землю перед Байсезой.

— Глаз сопротивляется нашим попыткам исследовать его, но все же кое-что мне удалось узнать. Во-первых, его окружает магнитная аномалия. Я проверил это при помощи своего компаса…

— Мой компас вышел из строя с момента нашего падения, — проворчал Кейси.