Я думал, что «трудовая пчела» имеет низкое личное эго, как муравей. Но здесь все не так! Каждая часть Ирэн отчаянно жаждет продолжения. Именно это огромное мятущееся эго было силой Ирэн и причиной ее падения.

Шум, похоже, расстроил Гора. Некоторые из стоящих вокруг возвышения Красных открыли глаза.

— Пойдемте, — сказал я, протягивая руку к той, которая в ужасе смотрела на Пэллоида, уже поднесшего электроды к зубам. — Помогите мне найти Бету. Это поможет восстановить баланс кармы…

Она с криком бросилась ко мне, и я едва успел отступить, чтобы не попасть под острые иглы. Но продолжения не последовало — Красная повернулась и устремилась к выходу, перепрыгивая через кабели. Вскоре снаружи донеслись тяжелые глухие удары.

— Что за черт? — заорал Гор. — Эй, что вы делаете? Слезайте с моего фургона!

Преследуя беглянку, Пурпурный оставил работающее оборудование, и в этот миг издаваемый машиной гул сменился воем, резким, пронзительным, грозящим сорваться. Я подступил ближе, чтобы увидеть, что творится снаружи, и посмотреть на реальную Ирэн, органическую женщину, возлежащую на помосте и желающую уйти из жизни так, чтобы ее Постоянная Волна воспарила к небесам.

Ну и ну!

Я подошел к возвышению. Выскочившая наружу дитто в отчаянии карабкалась на крышу фургона! Ее преследовал Гор, довольно неприлично вскидывая голыми ногами, выглядывавшими из-под сбившихся одеяний. Тем временем через сверкающие щупальца, окружавшие голову реальной Ирэн, хлынули потоки энергии.

— Мистер Моррис…

Я едва услышал хриплый голос, почти заглушённый электрическим воем. Стараясь ни к чему не прикасаться, я наклонился к умирающей. Бледную кожу покрывали пятна и прыщики. Впервые я порадовался, что не чувствую запаха.

— Альберт…

Не могу сказать, что мне очень нравилась эта женщина. И все же она страдала по-настоящему и заслуживала жалости. По-моему.

— Могу чем-то вам помочь? — спросил я, прислушиваясь к завыванию машины. Интересно, когда же вся эта энергия вырвется наружу?

— Я… слышала… что вы сказали…

— Что? Насчет кармы и всего прочего? Послушайте, я не священник. Откуда мне знать…

— Нет… вы правы… — Она остановилась, чтобы вздохнуть. — За баром… отвинтите кетоновую крышку… достаньте этого… этого…

Ее веки затрепетали.

— Пора уходить отсюда, — сказал Пэл.

Он уже стоял у двери, спиной к свету. Я поспешно отошел от помоста и направился к нему, но на ходу оглянулся — хлынувший из машины свет становился все ярче. Тело Ирэн содрогнулось. Конвульсии пробежали и по стоявшим вокруг дитто.

Отступив на улицу, мы повернулись в сторону фургона, на крыше которого развернулась схватка между последней Красной, ухватившейся за антенну и довольно реалистично всхлипывающей, и Гором, вцепившимся в ее лодыжку.

— Отпусти! — сердито кричал он. — Ты все сломаешь! Знаешь, сколько я копил, чтобы купить лицензию…

Пэллоид вспрыгнул мне на плечо, и я зашагал к воротам, желая только одного — уйти как можно дальше от всего этого и того, что должно было случиться.

Словно удар грома потряс заднюю комнату «Салона Радуги», раскатившись оглушительной барабанной дробью или… ревом миллиона гигантских лягушек-быков с нарушением щитовидки. Ладно, со сравнениями у меня плохо, но любой родившийся в нынешнем веке узнал бы басовую модуляцию усиленной Постоянной Волны. Возможно, тяжеловесная карикатура, впечатляющая, но лишенная мягкости. Или колоссальных масштабов версия реальности. Кто скажет?

Может быть, Ирэн… через пару секунд.

Ее последняя копия взвыла на крыше фургона, отбрыкнулась от Гора и рванулась вверх, чтобы добраться до антенны.