– Ты обратил внимание, что оба нападения произошли в тех же местах, что и в прошлый раз?

Том кивнул.

– Значит, он повторяет все, как сорок лет назад, не так ли?

– Если это действительно тот же самый человек, – уточнил Том.

– Почему ты так говоришь? О чем ты думаешь?

Том Пасмор посмотрел на него так, словно не думал сейчас ни о чем, кроме того, как бы поскорее выпроводить нас из своего дома. Он откинул голову на спинку кресла. Я подумал, что он хочет, чтобы мы ушли, и он мог наконец приступить к работе. Его день только начинался. Но Том удивил меня, ответив все таки на вопрос Рэнсома.

– Я всегда думал, что все это может иметь какое то отношение к месту происшествия.

– Это, конечно же, имеет отношение к месту происшествия, – Рэнсом поставил на стол пустой стакан. Щеки его горели лихорадочным румянцем. – Это его район. Он наверняка совершает убийства там, где живет.

– Но ведь никто еще не установил личность убитого с Ливермор авеню, не так ли?

– Какой то бездомный бродяга, который рассчитывал, что ему дадут немного денег.

Том кивнул, скорее признавая возможность такой точки зрения, чем соглашаясь с ней.

– Что ж, такое тоже возможно.

– Да, конечно, – сказал Рэнсом.

Том снова рассеянно кивнул.

– Ведь в наши дни опознать человека не так уж сложно, – продолжал Джон. – У всех рассованы по карманам кредитные карточки, водительские права и так далее.

– Да, это не лишено смысла, не лишено смысла, – повторил Том, по прежнему глядя в одну точку.

Рэнсом нагнулся к столу и немного поводил по нему пустым стаканом. Затем поднял глаза к картинам, которые шестьдесят лет назад купил в Париже Леймон фон Хайлиц.

– Ты ведь не ушел на покой окончательно, а, Том? – спросил он. – Наверняка время от времени ты работаешь над какими нибудь делами так, чтобы никто об этом не знал.

Лицо Тома медленно расплылось в улыбке.

– Я так и знал, – сказал Джон, хотя на мой взгляд улыбка означала вовсе не положительный ответ на его вопрос.

– Не знаю, можно ли назвать это работой, – сказал Том. – Но иногда кое что привлекает мое внимание. И я слышу внутри тихую музыку.

– А сейчас ты ее не слышишь?

Том внимательно посмотрел на Джона.

– О чем ты хочешь меня спросить?

– Мы знаем друг друга много лет. И когда на мою жену нападает и избивает ее до смерти человек, который предположительно совершил самые таинственные, до сих пор не раскрытые убийства в этом городе, я думаю, это вряд ли может оставить тебя равнодушным.

– Я заинтересовался этим достаточно, чтобы пригласить тебя сюда.

– Я прошу тебя согласиться работать вместе со мной.

– Я не работаю на клиентов, – сказал Том. – Извини.

– Но мне необходима твоя помощь, – Джон наклонился к Тому, протянув к нему руки. – У тебя есть чудесный дар, и я хочу, чтобы этот дар работал на меня. – Том, казалось, не слышал его. – К тому же, я даю тебе прекрасную возможность узнать наконец имя убийцы «Голубой розы».

Том чуть спустился на стуле, так что подбородок его уперся в грудь. Подперев его сцепленными в замок руками, он внимательно наблюдал за Рэнсомом. Казалось, сейчас он впервые за весь вечер заинтересовался разговором по настоящему.

– Ты собирался предложить мне деньги за мою помощь? – спросил Том.

– Разумеется, – сказал Джон Рэнсом. – Если это то, что тебе нужно.

– И что же это за деньги?

Джон растерянно посмотрел в мою сторону, словно ожидая, что я приду на помощь.

– Ну, мне трудно сразу ответить на этот вопрос.