<style name="11">Сумка не была выставлена на аукцион, хотя лежала среди остальных в специальной коробке. Дело в том, что Вероника Абдулова уговорила Эльзу продать ей сумку после показа. Потихоньку. Все эти страшные события последнего времени, убийства, как-то связанные с книгами… Они, бесспорно, щекотали нервы избалованным дамочкам, клиенткам дизайнерши. И конечно, появление такой сумки в конце аукциона вызвало бы просто невероятный ажиотаж. Так Рудик и задумал: появление книги-сумки, усыпанной стразами Сваровски, должно было стать кульминацией вечера. Однако хитрая Абдулова приехала за час до начала аукциона, углядела в новой коллекции самые яркие вещи и сумела уговорить Эльзу, чтобы та не выставляла свой последний шедевр для всех. Ясное дело, Эльза сдалась не сразу. Поныла. Поканючила, поотнекивалась. Но когда Вероника предложила за сумку баснословную цену, то… само собой, сдалась.

<style name="11">И вот теперь сумка исчезла! И Абдулова, самая выгодная клиентка Эльзы, может стать врагом. Кошмар! В глазах Эльзы этот кошмар был виден ясно и отчетливо.

<style name="11">В глазах Абдуловой было видно только одно: «Отдайте мне мою собственность, низкие люди, не уважающие чужого». Она не успела подумать, что сумку мог украсть кто-то посторонний, и наседала на Эльзу. А скорее всего, думать она и не собиралась.

<style name="11">Лученко же поступила очень просто, как всегда поступала в таких случаях: вначале отвлечь и успокоить, <style name="11">потом начать выяснения. Абдуловой она велела отойти в сторонку и подождать. Дескать, либо это недоразумение и сумочка найдется, просто поискать надо спокойно. Либо, если налицо действительно кража, пусть разбираются те, кому надлежит разбираться по закону.

<style name="11">Уверенность Веры подействовала, и Вероника Абдулова отошла.

<style name="11">Затем Вера переключилась на Эльзу. С ней проще всего — нужно поговорить несколько минут на знакомые ей темы, и она начнет соображать. Не клиническая дура все-таки.

<style name="11">Гостиничный зал для проведения конференций тем временем уже наполовину опустел. Остались самые любопытные из приглашенных и основные участники фестиваля. Ветров, чувствуя почему-то свою ответственность за сумочный показ, не уходил, и не уходили его ближайшие друзья. Батюк стоял, как всегда, окруженный группой собеседников, и что-то громко декламировал.

<style name="11">Лученко, поглаживая Эльзу по руке, завела с ней разговор о клиентах, о работе, о собственных сотрудниках, о фасонах сумок.

—<style name="11">Вы знаете, Верочка, стоит мне увидеть женщину, и я сразу понимаю, какой фасон сумки ей подойдет.

<style name="11">Вера это понимает. Похоже на ее подход к шитью, когда она смотрит на ткань и сразу же видит себя в готовой вещи…

— <style name="11">Вот смотрите, — тараторила почти успокоившаяся дизайнерша, — я предлагаю женщине несколько моделей, среди которых и та единственная, какую я с первого взгляда ей мысленно предназначаю. Просто, если я предложу только одну, правильную, она мне не поверит. Решит, что я недостаточно внимательна к ней. Вы, как психиатр, понимаете меня, Верочка, правда? Ах, у большинства людей отсутствует культура выбора и ношения сумок. Поэтому необходимо провести хотя бы некоторое время среди них, померить, почувствовать, что это такое…,

<style name="11">Лученко вполуха слушала, а сама думала: кто мог похитить сумку? И главное, зачем? Ведь сумка — вещь, которую нужно носить! Какой смысл в краже, если потом ее нельзя продемонстрировать? Хотя кто знает. Здесь было полно народу, полсотни человек, наверное, не считая девушек-моделей и Эльзиных сотрудников: администратора, менеджера, двух швей и арт-директора…

<style name="11">Вера вглядывалась в лица, сканируя чувства, вникая в эмоции, погружаясь в привычные переплетения человеческих реакций.