Уилл выбрал именно это слово, чтобы рассказать, как переменился характер Кэла, делая записи в своем журнале, — он узнал его от отца.

В последующие недели Дрейк регулярно инструктировал их по самым разным вопросам, включая, к примеру, добывание и приготовление пищи. Все началось с той пещерной устрицы, которая в готовом виде чем-то была похожа на очень жесткого кальмара.

Дрейк также брал мальчиков на короткие обходы и учил «полевому делу». Однажды он разбудил их очень рано — как показалось ребятам, хотя время не имело никакого значения в постоянной темноте. Дрейк велел всем троим приготовиться и взял их с собой в туннель, расположенный под базой, в противоположной стороне от Великой Равнины. Они понимали, что эта вылазка ненадолго, так как Дрейк велел захватить только по фляжке с водой и немного продуктов, хотя сам нес целый рюкзак.

Двигаясь по лабиринту проходов, мальчики принялись болтать, чтобы как-то провести время.

— Да они просто дебилы, — вставил Кэл, когда Уилл с Честером обсуждали копролитов.

Это замечание случайно услышал Дрейк.

— С чего ты взял? — негромко спросил он.

Уилл и Честер прикусили языки.

— Ну, — ответил Кэл, к которому явно возвращалась прежняя самоуверенность, — они же просто тупые животные… роются среди скал, совсем как никчемные слизняки.

— И ты серьезно думаешь, что мы чем-то лучше? — продолжал спрашивать Дрейк.

— Конечно.

Встряхнув головой, он повел их дальше, но оставлять слова Кэла без ответа не собирался.

— Они выращивают себе пищу, не обедняя почву, и им не приходится постоянно менять свои участки. И где бы они ни добывали руду, они снова заполняют шахты. Все возвращают назад, потому что умеют быть благодарными Земле.

— Но они же… они всего лишь… — Доводы у Кэла иссякли.

— Нет, Кэл, это мы глупые. Мы — «тупые животные». Выкачиваем все природные ресурсы… потребляем еще и еще… пока вдруг — бац, и они кончились, и тогда берем в руки палки и переходим на новое место, и начинаем все сначала. Нет, копролиты гораздо умнее… они живут в гармонии с окружающим миром. А вы и я… не приспособлены к окружающей среде, мы разрушители. Разве это не глупо?

Следующие несколько километров они прошли в молчании. Уилл ускорил шаг, чтобы нагнать Дрейка, оставив Честера и Кэла позади.

— Что-то хотел спросить? — осведомился Дрейк прежде, чем Уилл поравнялся с ним.

— Э-э, да, — смешался Уилл, спрашивая себя, не стоило ли ему просто остаться позади, с остальными.

— Валяй.

— Вы говорили, что были верхоземцем…

— Хочешь узнать побольше? — перебил Дрейк. — А ты любопытный.

— Да, — промямлил Уилл.

— Да кем я был раньше — не имеет никакого значения, Уилл. Кто кем был — совершенно не важно. Главное — здесь и сейчас.

Пройдя несколько шагов, Дрейк заговорил снова.

— Ты не знаешь и половины… — начал он и осекся, опять умолкнув на несколько секунд. — Послушай, Уилл, кто знает, я мог бы, ускользнув от стигийцев, вернуться в Верхоземье, где мне пришлось бы жить так же, как, например, живет твоя настоящая мать, все время оглядываясь, не выскочит ли вдруг из тени убийца. Я никоим образом не хочу выказать неуважение к Саре, но считаю, что здесь, в Глубоких Пещерах, жить гораздо честнее. Понимаешь, о чем я?

— Нет, не совсем, — признался Уилл.