— У тебя нет на это времени, — отчитала Сара саму себя, вновь осознав всю серьезность ситуации. — Соберись!

Не обращая внимания на стоны и сдавленные просьбы о помощи полицейского, все еще перекатывавшегося с боку на бок с котом-охотником на голове, Сара нетвердым шагом побрела назад по саду, туда, где, как ей показалось, упал ее нож. Хотя Саре было сложно сосредоточиться, женщина твердо решила не оставлять никаких улик. Чувствуя, что идти стало чуть легче, она повернулась взглянуть на первого полицейского. Он лежал, не шевелясь, на террасе, где она его и оставила, и явно не представлял никакой угрозы.

Позади нее, у выхода из сада, на боку лежал второй полицейский, прижав руки к лицу и издавая ужасные стоны. Кот-охотник отцепился от него и теперь сидел рядом, вылизывая лапу. Когда Сара подошла, он остановился, аккуратно уложив хвост вокруг задних лап, и внимательно на нее посмотрел. Потом чуть скосил огромные глаза в сторону охавшего полицейского, словно не имел ничего общего с прискорбным состоянием последнего.

Саре следовало решить, что она собирается делать, — и быстро. Тот факт, что оба полицейских были ранены и нуждались в помощи, мало ее волновал. Она ничуть не сожалела о случившемся, людей в форме ей было не жалко: они стали случайной жертвой в ее борьбе за выживание, и не более того. Женщина подошла к еще не потерявшему чувств полицейскому, чтобы отключить его радиопередатчик. Однако он молниеносно схватил ее за запястье. Но полицейский был слаб, и вторая рука у него не двигалась. Она без особых усилий вырвалась, а затем сорвала радио с его куртки — он утратил боевой запал и даже не пошевелился, чтобы ей помешать. Сара бросила передатчик наземь и припечатала его каблуком так, что сломанный пластик затрещал.

Немного нервничая, она шагнула в сторону кота-охотника. Эти звери были прирожденными убийцами, но людей атаковали крайне редко. Она слышала рассказы о том, как такие животные сходили с ума, набрасываясь на хозяев — и на любого другого на своем пути. Она понятия не имела, можно ли доверять этому коту после того, что тот сделал с полицейским. Судя по тому, как туго голая кожа облегала ребра, словно опоры небрежно поставленной палатки, животное сильно голодало, оно явно не в лучшей форме. Интересно, подумала Сара, как долго этот кот пытается прокормить себя тут, наверху, в одиночестве?

— Откуда ты взялся? — мягко спросила она, держась на безопасном расстоянии.

Зверь наклонил голову в ее сторону, словно пытаясь понять вопрос, и моргнул. Сара осмелилась подойти ближе, осторожно протянув вперед руку — и кот-охотник вытянул морду, чтобы обнюхать ее пальцы. Своей макушкой он почти доставал ей до бедер — она уже и забыла, какие эти звери большие. Вдруг кот резко потянулся к ней. Сара напряглась, ожидая худшего, но он всего лишь ласково потерся головой о ее ладонь. Женщина услышала нарастающее глубокое мурлыканье, по громкости не уступавшее моторчику небольшой шлюпки. Столь дружелюбное поведение нехарактерно для котов-охотников. Или животное немного не в себе из-за долгой жизни в Верхоземье, или же коту кажется, что он знаком с Сарой. Но сейчас на раздумья об этом у нее времени не было — нужно решать, что теперь делать.

Саре следовало убраться отсюда как можно дальше, и, почесывая слоистую, покрытую струпьями кожу под на удивление широкой мордой кота, женщина сообразила, что она теперь в долгу перед этим зверем. Не приди он на помощь, ее почти наверняка поймали бы. Она не могла бросить кота — Сара не сомневалась, что во время масштабной облавы, которую наверняка устроят после случившегося, его уж точно поймают.

— Пойдем со мной, — сказала она коту, направляясь в сторону парка. Когда Сара увидела впереди открытый проход, ее покрытая синяками голова постепенно начала проясняться. Охотник проскользнул вперед первым, и женщина увидела, что животное слегка прихрамывает.