— Николас, — прошептала она, но в ту же секунду гнетущую тишину дома разорвал сильный стук в парадную дверь.

Пегги, с облегчением решила Миранда, в то же время понимая, что это невозможно. Она никогда бы не осмелилась возвестить о своем появлении столь неподобающим образом.

Стук в парадную дверь продолжался.

— Похоже, к нам довольно упрямый гость, любовь моя, — мягко произнес Николас, наблюдая за ней сузившимися глазами. — Вам не хотелось бы узнать, кто это?

Он обнял ее за талию, потянув за собой в холл, другой же рукой вытащил из левого кармана ключ и отпер дверь.

— Ага, ну конечно, же это, доктор Тернер, — сказал Николас. — Я так и думал.

Его рука так крепко стиснула талию Миранды, что ей пришлось волей-неволей прижаться к мужу. Так они и стояли на ночном ветру — очаровательная картина супружеской привязанности — красивые хозяин и хозяйка Драгонвика, встречающие гостя.

Целое мгновение Джефф чувствовал себя обманутым и ошарашенным, пока не увидел глаза Миранды.

— Этого я и боялся! — воскликнул он, бросаясь к ней и совершенно игнорируя Николаса. — Потому и приехал. С вами все в порядке?

Ее губы беззвучно шевелились, а Николас, освободив ее, одним быстрым движением вновь запер за Джеффом дверь.

— Очень рад, что вы приехали, Тернер, — любезно сказал он. — Собственно говоря, совсем недавно я отправил к вам посыльного. Может быть, вы разминулись с ним в дороге?

— Сомневаюсь, что я бы вновь явился на ваше приглашение, — с той же спокойной любезностью ответил Джефф. Он понимал, что должен выиграть время. У него не было ясного представления о происходящем и он не знал, много ли известно Николасу, но глаза Миранды несли в себе страшное предупреждение.

— Я и не думал, что явитесь на мой зов, — ответил Николас, чуть шевельнувшись. — Послание, которое вы получили бы, если бы подождали немного, было бы, конечно, от Миранды.

Джефф взглянул на девушку, которая покачала головой в чуть различимом отрицании. Ее губы побледнели, а глаза казались черными словно тень холла позади них.

Плохо дело, сказал себе Джефф, и надеяться не на что. Он понял небрежное движение Николаса, потянувшегося к правому карману, и заметил тусклый блеск металла. Такой блеск был прекрасно знаком Джеффу еще по Мексике.

— Почему бы нам не пойти в Красную комнату, — сказал Николас, беря свечу, — где мы можем сесть и спокойно побеседовать. Вы ведь всегда считали эту комнату самой уютной во всем доме, не так ли, любовь моя?

Он улыбнулся Миранде, которая с обреченным вздохом, молча последовала за ним.

Миранда и через некоторое время Джефф сели на два небольших стула. Николас поставил на большой стол тяжелый канделябр, который сразу же осветил тяжелую красную скатерть и стопку книг. Сам он сел на софу и, сложив руки, посмотрел на обоих с насмешливой улыбкой.

Миранда сидела словно загипнотизированная, ее широко раскрытые глаза были устремлены на мужа, но Джефф заставил себя небрежно откинуться на спинку стула и положить ногу на ногу. Взгляд Николаса он встретил с равнодушной улыбкой, но его глаза внимательно наблюдали за правым карманом Ван Рина, а мозг лихорадочно соображал, что им делать.