— Я помню его, — сказала Пегги.

— Правда? — Элинор было приятно, что кто-то помнил ее отца. — Они сдают эти комнаты, я думаю, — добавила она, проходя мимо открытых дверей. — Здесь обитает стряпчий. — Она посмотрела на ящики с папками, на которых были видны белые надписи. — Я понимаю, зачем ты красишься — ну, используешь косметику. — Теперь Элинор взглянула на племянницу. — Тебе это идет. Выгладишь как-то светлее. Молодым это к лицу. Но — не мне. Я бы чувствовала себя замалеванной — или размалеванной, как правильно? И что мне делать с этими монетами, если ты их не возьмешь? Надо было оставить их в сумке, внизу. — Они поднимались все выше и выше. — Наверное, открыли все эти комнаты, — продолжала Элинор. Они добрались до красной ковровой дорожки. — Поэтому, если в комнатке Делии станет тесно… Нет, прием, конечно, еще не начался. Мы рано пришли. Все наверху. Я слышу их голоса. Идем. Мне войти первой?

Из-за двери доносился гомон голосов. Им преградила дорогу горничная.

— Мисс Парджитер, — сказала Элинор.

— Мисс Парджитер! — объявила горничная, открывая дверь.

— Иди, соберись, — сказал Норт и прошел через комнату к выключателю.

Он прикоснулся к выключателю, и электрическая лампа посреди потолка зажглась. С нее был снят абажур, вместо него ее обернули конусом зеленоватой бумаги.

— Иди, соберись, — повторил Норт.

Сара не отозвалась. Она подтянула к себе книгу и сделала вид, что читает.

— Он убил короля, — сказала она. — Что же он сделает дальше? — Она заложила палец между страниц и посмотрела снизу вверх на Норта. Он понимал, что это уловка, дабы оттянуть момент, когда придется что-то делать. Он тоже не хотел идти. И все-таки, раз Элинор просила, чтобы они пришли… — он колебался, глядя на свои часы. — Что он сделает дальше? — повторила Сара.

— Комедию, — коротко ответил Норт. — Контраст, — пояснил он, вспомнив прочитанное где-то. Только контраст создает целостность, — добавил он наобум.

— Ладно, почитай еще. — Сара вручила ему книгу.

Он открыл ее на первой попавшейся странице.

— Место действия — скалистый остров посреди моря, — сказал он и сделал паузу.

Всегда перед тем, как начать чтение, ему надо было представить себе место действия: что-то убрать на задний план, что-то вывести вперед. Скалистый остров посреди моря, сказал он себе, — зеленые заливчики, пучки серебристой травы, песок и вдалеке — мягкие вздохи прибоя. Он открыл рот, чтобы читать, но услышал позади себя какой-то звук, выдавший чье-то присутствие — в пьесе или в комнате? Он поднял взгляд.

— Мэгги! — воскликнула Сара. Мэгги стояла на фоне открытой двери, в вечернем платье.

— Вы что, спали? — спросила она. — Мы звонили, звонили…

Она стояла, улыбаясь, удивленная, как будто разбудила спящих.

— Зачем иметь звонок, если он всегда сломан? — спросил мужчина, стоявший за Мэгги.

Норт встал. Сначала он едва мог их вспомнить. Их внешность не вязалась с его воспоминанием, ведь он видел их много лет назад.

— Звонки не звонят, краны не открываются, — сказал он, ощущая неловкость. — Или не закрываются, — добавил он, потому что вода по-прежнему урчала в трубах ванной комнаты.