Как подействуют? Это мне не совсем понравилось. В конце концов, это может оказаться совсем не та дрянь, что у Дага. Может, он подсунул мне наркотик, лишающий воли, ради изнасилования. Конечно, глядя, как я прикидываюсь готовой на все, он должен бы сообразить, что такие крайности вовсе необязательны. Я выбросила из головы тревожные мысли.

— И что я тебе за это должна?

Страстная хрипотца в моем голосе ясно говорила, чем именно я готова заплатить.

— Ничего. Это подарок.

— Ничего?

Я провела рукой по его ляжке. Поверьте, я вовсе не хотела спать с этим парнем, но нужно было добиться его благосклонности, чтобы выяснить, какую дрянь он распространяет. И ладно, да, я хотела посмотреть, как он будет страдать от недостатка энергии.

— Ты уверен?

Я скользнула поближе к нему и мягко пихнула в постель. Он выпучил глаза, когда я легла рядом и принялась тереться губами о его шею. Потом приблизила губы к его губам и осыпала легкими поцелуями кожу вокруг его рта.

— Ты действительно уверен? — понизив голос, переспросила я.

Дыхание его участилось, он провел рукой по моему бедру и двинулся дальше, к обнаженной части ноги. Он выглядел немного испуганным и облизывал губы в предвкушении. Мой язык заплясал на них, прежде чем сделать робкую попытку проникнуть внутрь. Он подавил стон, а затем оттолкнул меня.

— Нет… я… нет. Нет. — Он сел, весь дрожа. — Не сейчас.

Я тоже села одним плавным грациозным движением. Отбросив волосы за плечо, я одарила его томной улыбкой:

— Ну же, я хочу.

— Я не могу… но, может быть… может быть, попозже у нас что-нибудь получится.

В выражении его лица, где мешались отвращение и страсть, мне почудилось облегчение. Приятно убедиться, что мои чары еще срабатывают и он не остался равнодушен. Может, он просто из тех типов, что сначала налетают как петухи, а как доходит до дела, начинают кочевряжиться. Учтем. Мир не перевернется из-за того, что я с ним не переспала, и, будем надеяться, вторая серия нам и вовсе не понадобится.

— Сюда.

Придя в себя, Алек протянул мне свое пиво.

— А?

— Давай, попробуй. Можешь размешать их здесь.

Я опустила взгляд на сверкающие красные гранулы. Они светились чуть ли не сами по себе. Мои бессмертные чувства терзало странное ощущение. Ни при каких обстоятельствах я не собиралась глотать содержимое этого пакетика. Я покачала головой.

— Я не могу прямо сейчас. Мне надо еще на одну вечеринку. Обещала приятелю. Потом попробую, ладно?

Его, казалось, это совсем не обрадовало.

— Я думал, ты попробуешь прямо сейчас.

— Какая разница, сейчас или потом.

— Ничего, наверное… только, слушай, никому об этом не говори, ладно? У меня не так много этого добра. Если пойдет слушок, всем сразу захочется. Пока я даю пробовать только избранным.

— И я избранная?

Алек окинул меня долгим пытливым взглядом, оценивая, идет ли мне шелк, иду ли я шелку. И снова в глазах его блеснули восхищение и желание, но на мою манящую улыбку он не ответил.

— Очень избранная.

Вскоре я ухитрилась смыться, но не раньше, чем Алек опять предупредил меня никому не показывать кристаллы. А еще настоятельно просил сообщить, какое они на меня произвели впечатление.

— Вторая доза даже лучше, — пообещал он.

Выйдя наконец в вечернюю прохладу, я вздохнула с облегчением. По дороге к машине я сунула кристаллы в сумочку, все так же ощущая, как они отзываются во мне мурашками по всему телу. Кристаллы были сверхъестественны — это совершенно очевидно.