На время дневного отдыха никаких встреч не планировалось, и я собиралась с пользой потратить эти часы на изучение бумаг, которыми должна была заниматься утром. Благо, Верхний дворец, равно как и Нижний, защищал своих обитателей от палящего зноя: жаркое лето уже вступило в свои права, и среди дня выходить на улицу было немного желающих. Так, чего доброго, в день перемены года мы будем совершенно задыхаться от зноя. Не помню, это хорошая примета или, напротив, дурная?

По легенде, наш мир начался летом, в самый длинный день года — почему-то именно так захотели боги. Новый год для виранов — время семьи, время дома, время самого важного в жизни, поэтому широких гуляний обычно не устраивают. Но существует ряд традиций, заведенных много веков назад, которые соблюдались. Например, кесарь традиционно привечал целителей и главным образом повитух, выходил к людям, выражал почтение матерям и старался выслушать тех, кто желал ему что-то сказать.

Я вдруг сообразила, что совершенно забыла о подготовке к празднику. Да, до него еще добрая луна, но такие вещи занимают не один день. Надо бы спросить у своих советников, как с ней обстоят дела, и покаяться в собственной рассеянности…

Однако всерьез взяться за ожидавшие высочайшего внимания документы я не успела. В дверь постучали, и заглянувший Райд сообщил, что меня желает видеть Даор с компанией по очень важному делу. Я растерянно согласилась на разговор, и в кабинет втянулась небольшая процессия: бывший малый регентский совет в почти полном составе (Кмер Палица покинул столицу по делам своей милии) и мой муж, а с ними еще двое совершенно незнакомых мне мужчин.

— Доброго дня, сиятельная, — почти хором поздоровались нежданные посетители.

— Доброго, господа, — неуверенно поздоровалась я, одними глазами улыбнувшись мужу. — Присаживайтесь. Что-то случилось?

— В некотором роде, — тонко улыбнулся Даор. — Знакомьтесь, сиятельная. Авус Красный Кот, в прошлом — один из лучших сыскарей седьмой милии, в настоящем — танатор первой танаты. Ладий Ветер-в-Голове, глава отделения общественных наук Университета-на-Горе.

Сделавшим хорошую карьеру сыскарем оказался высокий жилистый мужчина лет пятидесяти на вид, с сутулой спиной, быстрыми порывистыми движениями и умными серыми глазами; преподавателем со смешной фамилией — коренастый и удивительно лохматый шатен неопределенного возраста, с неожиданно глубокими складками морщин у рта и на лбу, глядевший, в пику своему имени, тяжело и очень пристально. Первый напоминал цаплю, второй — опытную сторожевую собаку. В Ладии, кроме того, явно были сильны островные корни: только у уроженцев тех мест порой растут волосы на теле, а у мужчин еще и бороды встречаются, вот как у этого гостя, то есть волосы на подбородке и щеках. Дикари, что с них взять…

— Приятно познакомиться, господа, — медленно кивнула им я, с недоумением поглядывая на Алого Хлыста, который был как всегда невозмутим.

— Начну сразу с главного, сиятельная, — спокойно заговорил Даор, когда все разместились и в кабинете повисла тишина. — Эти господа, к моему удовольствию, согласились взять на себя обязанности седьмого милора и советника по внутренним вопросам соответственно. Конечно, они не единственные кандидаты на эту должность, но за них я, пожалуй, готов поручиться и искренне надеюсь, что вы примете в расчет мое мнение.

— То есть как — взять обязанности? — опешила я, вытаращившись на Даора. Остальные его товарищи по малому совету выглядели не менее шокированными, а Ив… Вновь глянув на угрюмую физиономию даже чересчур жизнерадостного в последние дни фира, я отчетливо поняла, что ответ на этот вопрос мне не понравится.