|
Жаль только, что Яковенко не успел коррекцию своей собственной программы провести. Я говорил ему… Но он все чем-то занят был, вот и погубил себя. Умер и все секреты с собой унес. Зато его программа позволила сократить смертность в последующих мобилизациях. Яковенко ввел в программу отрицательную обратную связь и ограничители расхода энергии… Ладно, детали тебе ни к чему, главное – это что мы узнали время и место встречи этой парочки. – Кукловод ткнул пальцем в фотографию. Должанский слушал молча. – Жаль только, содержания посланий мы не знали, тогда бы статья в «Экологическом вестнике» не вышла, – продолжал начмед. Теперь, когда Рубикон был перейден, ему оставалось только одно – дожать генерального, заставить согласиться с ним. – Но надо прекратить утечку, лучше поздно, чем никогда. По крайней мере, я так считал. Взял да и послал фотографов, и вот результат!
– А почему Кокакола об этом ничего не знает? – Генеральный был растерян. Кто-нибудь другой этого, может быть, и не заметил бы, но Кукловод хорошо знал своего начальника и умел распознавать растерянность под маской внешнего спокойствия. – Да что он вообще знает? – Зырянов не упустил случая, чтобы не попытаться утопить еще одного из приближенных Должанского. – Умеет только кулаками махать! А вот чтобы мозгами пораскинуть… Но вернемся к Филипенко. Это ведь еще не все. – Есть еще что-то? – удивился генеральный, но не удержался от колкости: – Шерлок Холмс ты наш… доморощенный… Ну давай, выкладывай, что еще накопал! – Я давно хотел модернизировать программу… Ну ты в курсе. Так вот, все присматривался, кого же можно подключить, кому можно доверить столь деликатное поручение. Ну я уже говорил, покойный Яковенко основную часть сделал, но вот доводку, выявление ошибок и создание удобного интерфейса поручить нужно преданному и надежному программисту. После того как выявилось предательство Филипенко, осталась только Панина, его сотрудница. Я вчера попросил его прислать ее в нашу группу, не буду же я ему рассказывать, что да как. – Прислал? – Рукава от твоей жилетки! – Кукловод пыхал злорадством. – Он спрятал ее! С сегодняшнего дня она в отпуске! Я не поленился проверить, по плану у нее отпуск только через три месяца! – Она с ним заодно? – Должанский уже не сомневался, что Зырянов выявил заговор. – Он боится, что ее постигнет судьба… этого… ну как его там?.. – Яковенко! – подсказал Кукловод. – Именно! – Ну и какие меры ты предлагаешь? – спросил генеральный. – Но учти, смертей нам хватит! – Я что, мясник, по-твоему? – возмутился Зырянов. – Просто сделаем их… самыми преданными сотрудниками, вот и все. Пусть трудятся над своей же программой. Вадим Александрович вздрогнул. Он, конечно, ожидал, что услышит что-то подобное… Вовочка просто не может обойтись без жертвоприношений. Но, откровенно говоря, в данном случае Кукловод, быть может, и прав… За предательство и не такое наказание положено! Хотя еще неизвестно, что хуже, может, смерть не так уж и страшна… По крайней мере, сам Должанский предпочел бы лучше умереть, чем стать «мобилизованным». – Что, и программистку? – спросил он. Хотя ответ знал заранее. – А что с ней делать? – Начмед даже опешил от этого вопроса. – Ждать, пока и она тоже на журналюг работать начнет? Вот вурдалак-то! Генеральный посмотрел исподлобья на Кукловода. Интересно, а что этот тип сделал бы с ним, представься ему такая возможность? Уж не пощадил бы, это вне всяких сомнений. |
