27

Виктор взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, быстро прошел по коридору и остановился у двери комнаты Франчески. Без стука он быстро проскользнул внутрь. Плотно закрыв за собой дверь, он прислонился к ней и скептически посмотрел на девушку.

— С точки зрения умения рассчитать время ты, пожалуй, не уступишь мне, детка. Я просто ушам своим не поверил, когда ты попросила Кристиана показать мне коллекцию оружия.

— Это вырвалось как-то само собой, прежде чем я успела остановить себя. Ей-богу, я не хотела поймать вас в эту ловушку. А потом вы выглядели таким сердитым, что мне пришлось спасаться бегством. Я прошу прощения.

— И воистину есть за что. Господи, я провел полчаса, пытаясь сконцентрировать внимание на том, что Кристиан рассказывал мне об этих паршивых ружьях в то время, как мысленно я был здесь, с тобой!

— Вам просто повезло, что вы так быстро вырвались. Обычно мой бесценный кузен рассказывает о своих сокровищах по часу, а то и по два, если начинает вдаваться в историю создания коллекции. Он очень основательный человек.

— Готов согласиться. — Виктор засмеялся, понимая, что она подтрунивает над ним, как раньше он подтрунивал над ней.

Он не прошел в комнату, а по-прежнему стоял у порога, пристально глядя на девушку. Она сидела на диване у камина одетая во все тот же желтый лыжный костюм. В комнате было довольно сумрачно, поскольку горела только небольшая настольная лампа, но огонь в камине пылал очень ярко. Освещенная его неверными сполохами, Франческа казалась изящной золотой статуэткой. Ее волосы были распущены по плечам, медовые пряди, пронизанные танцующими бликами, обрамляли лицо. Большие светло-карие глаза приобрели оттенок топаза и были такими же чистыми и блестящими. Губы готовы были раздвинуться в улыбке. В выражении обращенного к нему лица он прочел опасение. Но его заслоняло безграничное желание. Обращенный на него взгляд говорил ему много, очень много, выражая, как и раньше, чувства, которые испытывал он сам. Он хотел ее. Господи, как же сильно он хотел ее! Виктор очнулся. Нетерпеливым жестом он запер за собой дверь.

Несколькими длинными быстрыми шагами, с напряженным лицом, он пересек комнату и без слов протянул руки к Франческе. Она ринулась навстречу ему. С бешено бьющимися сердцами, воспламеняясь друг от друга, они страстно обнялись.

Виктор вновь почувствовал тепло и податливость ее губ, ощутил ее чистое дыхание. Затем поцелуй стал глубже, языки сплелись. В этот поцелуй оба вложили бешеное желание полного обладания друг другом. Он еще крепче прижал Франческу к себе, почувствовав электрические разряды, пробегающие между ними. Просунув руку под ее свитер, он расстегнул застежку бюстгальтера, как уже делал это в горах, и начал нежно ласкать грудь девушки, пока ее тело не начала сотрясать дрожь и она не обмякла в его руках. Виктор бросил быстрый взгляд на ее лицо. Оно пылало, на шее билась жилка, а глаза были закрыты. Вид Франчески еще больше возбудил Виктора, и он нетерпеливо стал снимать с нее одежду. Теперь Виктор рассматривал Франческу полным восхищения взглядом. Она содрогнулась всем телом и сделала непроизвольный шаг в его направлении. Он притянул девушку к себе, провел руками по гладким округлым плечам и опустил их на спину, наслаждаясь прикосновениями к ее шелковистой коже. Затем хрипловатым от страсти голосом он произнес:

— Сними остальную одежду, бэби.

Виктор отошел в дальний угол спальни, не желая смущать Франческу. Там он сбросил шлепанцы, свитер, расстегнул молнию на брюках и поспешно стянул их. Полностью раздевшись, он повернулся в сторону Франчески и, к своему удивлению, увидел ее на том же месте, где оставил, а не в постели, как он ожидал. Она смотрела на него — смотрела несколько настороженно, как ему показалось. Франческа явно нервничала, и Виктору даже почудилось, что он заметил тень сомнения на ее лице.