- О, нет, нет, нет, нет...

- Послушай, все позади, - резко произнес Оги. - Сейчас мы уже ничего не сможем сделать. Если б мы знали, что этим все кончится, то никогда бы так не поступили. Мы хотя бы... понимаешь... присунули ей в зад, например, но это уже мелочи. Я говорю, сейчас мы пакуем вещи и сегодня же возвращаемся в Нью-Йорк.

- Подумай головой, Оги! Мы сказали старухе из мотеля, что остаемся на неделю! А если мы внезапно исчезнем, на что это будет похоже?

- Он прав, Оги, - произнес с мрачным видом Кларк. - Это выставит нас виновными.

- Что значит "нас"? - взорвался Брайс. - Это вы, парни, сделали это!

- Да, но ты же с нами, Брайс, - заметил Оги. - И ты в курсе всего. Ты же гребаный адвокат. Разве недоносить о преступлении законно?

- Да, это называется укрывательство преступления, и я должен немедленно пойти к копам!

- Какого хрена. Я же твой брат, а Кларк - наш лучший друг, - с уверенностью в голосе произнес Оги. - Ты же не стукач?

Брайсу захотелось схватить Оги за горло.

- Нет, не стукач, но ситуация - полная жопа, и я никак в этом не участвовал.

Оги продолжал сохранять спокойствие.

- Мы все замешаны, братец. И втроем мы, наверное, умнее, чем все в этой "мухосрани". Если включим мозги, то сможем выйти сухими из воды. Черт, мужик, ты же ее видел. Готов поспорить, если повернуть ее кругом три раза, она тут же обо всем забудет.

- Так вы уже все решили, да? - продолжал бушевать Брайс. - А что если девка умрет? Вы об этом думали? Тогда это уже убийство!

- Не думаю, что она умрет, Брайс, - сказал Кларк. - Кровотечение начало останавливаться.

Оги кивнул.

- Даже если эта сучка умрет, она сделает нам одолжение. Мы оставили ее в лесу. Если она "склеит ласты", звери съедят ее.

Брайс молча уставился перед собой.

- Мы вообще не должны были приезжать в эту адскую жопу мира, - добавил Оги.

- Это же была твоя идея! - взревел Брайс. - Твоя и твоего гребаного Дика Гарглера!

- Успокойтесь все! - рявкнул Кларк.

Наступила тишина. Было слышно лишь шелест шин по асфальту. Брайс жевал кулак, погрузившись в раздумья. Студи дал понять, что их сообщество нетерпимо к преступникам, но подозревать Оги и Кларка нет никакой причины, верно? А вот побег указал бы на их виновность. Наконец, он очень тихо произнес:

- Ладно, будем делать вид, что ничего не произошло. Вернемся в мотель, почистимся, затем поедем в "Сэлли". Мы должны вести себя естественно. Мы - просто трое кутил из Нью-Йорка, знакомящихся с новым городом. У нас отпуск, поэтому мы должны выглядеть, будто мы в отпуске.

- Логично, - согласился Кларк, но его все еще трясло.

- Оги, - сказал Брайс. - Ты слышал это?

- Ага. Именно так и поступим.

- Будем надеяться, что никто не подумает, что пара богатых городских мудаков станет приставать к умственно отсталой девчонке.

У Оги был вид, будто ему есть что сказать по этому поводу, но Брайс жестким взглядом приказал ему молчать.

- Поверить не могу, - пробормотал он себе под нос. Казалось, где бы он сегодня не оказывался, он везде получал какое-то колоссальное потрясение.

Вскоре они припарковались на стоянке мотеля. Город вокруг них почему-то казался вымершим. Такое же ощущение поджидало их и в мотеле. Когда они пересекали холл, Оги, следу инструкциям Брайса, заговорил о бейсболе.

- Гребанные "Янкиз"! Как эти болбесы умудрились проиграть "Тампа-Бэй" у себя дома? Общая сумма выплат двести двадцать гребаных миллионов!

Звучало убедительно. Старуха за стойкой улыбнулась, кивнула и снова принялась читать свои "Пятьдесят оттенков чего-то там".

Когда они благополучно вернулись в номер, глаза у Брайса готовы были вылезти из орбит. Руки и шорты у Оги и Кларка были в кровавых разводах.