– Ну что же… Тогда слушай, – начала Красная спокойно, как если бы заговорила о погоде. – Меня стали беспокоить предзнаменования, они были неясные. Предчувствие большой беды завладело мной. Тебе известно, Адепт, что вампиры стараются не раздражать меня, исполняют все мои приказания, но один из них пошел к Оракулу и задал вопрос: «Когда мы избавимся от ярма Красной?» И Оракул ответил: «Подождите два месяца». Мой шпион‑вампир донес мне об этом. Я обеспокоилась, хотя, как и все, знаю, что сведения, исходящие от Оракула, – это еще не истина, ведь каждое его предсказание можно толковать и так, и сяк. Но похоже, что через два месяца мне действительно грозит какая‑то опасность. Тогда я сама послала летающий амулет к Оракулу и через него спросила: «Почему моя судьба переменится через два месяца» – и Оракул ответил: «Голубое разрушит Красное». Теперь я знала, что мне делать, ведь никто никогда не утверждал, что Оракул может ошибиться.

Я действовала в обоих мирах, и меня могли уничтожить в любом из них. Оракул, правда, не сказал, что мне придется расстаться с жизнью, он сказал лишь, что голубое разрушит красное, а это могло означать что угодно. Единственный способ хоть как‑то подстраховаться, решила я, это обезопасить себя от Голубого Адепта до того, как он нападет на меня. И я послала, взяв у Коричневого, голема с амулетом в Голубой Замок. Меня беспокоила мысль о том, что если даже Адепт на Фазе умрет, на Протоне останется его двойник, тоже Голубой Адепт, способный разрушить красное. Я предприняла против тебя меры, но кто‑то тебя предупредил и даже послал робота для охраны. Я не смогла захлопнуть ловушку. Должна ли я сейчас сделать это или мне смириться с судьбой, которую начертал Оракул? И вот ты здесь и грозишь мне.

Стайл был совершенно сбит с толку.

– Но мои мотивы и вовсе просты. Ты постоянно пытаешься умертвить меня в обоих мирах – на Протоне и на Фазе, ты убила мою альтернативную сущность, оставив Голубую Леди беззащитной, попыталась убыть меня и убила моего друга Халка. Эти два убийства – вот мои мотивы. Я дал клятву отомстить тебе, и ты должна заплатить по счету.

Она состроила кислую мину.

– Ты хочешь сказать, что у меня не было повода преследовать тебя, что между нами ничто не стояло, пока я не начала действовать в свою защиту?

– Насколько мне известно, – сказал Стайл, – мой двойник из Голубого Замка ничего не имел против тебя. Его вдова – пока еще не моя жена – не знала, кто послал голема‑убийцу, она не имела ни малейшего представления, что за Недруг у ее покойного мужа. А что касается меня, то я никогда бы не проник за Занавес, не умри Голубой Адепт, и никогда не бросил бы свою профессию жокея на Протоне, если бы мои колени не были искалечены. – Он помолчал. – А почему ты повредила только колени, но не снесла голову с плеч? Ведь меня мертвого ты бы перестала бояться.

– Лазерная машина, которой я воспользовалась во время состязания, не была запрограммирована на убийство, – сказала Красная с отвращением. – Граждане терпеть не могут фатальных исходов, поэтому все машины, которые могут принести смерть, снабжены цепями‑предохранителям. Вот почему мне было легче прострелить лазерам тончайшее сухожилие, чем убить человека, который опытен и осторожен. Я намеревалась для начала лишь слегка поранить тебя, просто чтобы вывести из строя, пока буду действовать на Фазе, а затем, уже встретившись лично, убить тебя, когда ты будешь лишен защиты Граждан. Я выполнила бы свой план, но мне постоянно мешал робот.

– Да, – кивнул Стайл, – а кто послал робота?

– Этого я не знаю, – ответила Красная. – Я думала, знаешь ты.