— Вы видели? — спросил он.

— Не-а, — улыбнулся тот. — Иду себе я, по своим делам, тут меня кто-то толкает. Я чуть не проглотил зубочистку. Поворачиваюсь, и вот…

— Кто вас толкнул?

— А вам что до этого?

Генри подошел поближе.

— Вы абсолютно уверены, что ничего не видели? — мягко спросил он.

Спокойное выражение исчезло с лица его собеседника.

— Слушай, ты… — резкий короткий удар чуть не обрушился на капитана, но тот быстрым движением схватил нападавшего за запястье и заломил ему руку за спину.

Широкий рот открылся, зубочистка выпала. Генри подтянул мужчину к себе.

— Как тебя зовут?

— Пор Скэнди. А тебе какое дело? — рявкнул тот.

— Давай, Пор, — сказал Генри.

— Слушай, мне больно, — широколицый встал на цыпочки.

Толпа, наблюдавшая за ними, вдруг стихла.

— Тот человек был с усами, — прохрипел широколицый. — У него был большой живот, бородавки… да еще у него была парализована нога.

— Ты забыл про длинную красную бороду, — Генри протянул руку, вытащил из бокового кармана мужчины маленький пистолет и ткнул дулом в напрягшуюся грудь.

— Твое оружие? — спросил он.

— Кто-то мне его подсунул.

— Пистолет, стреляющий проволокой. Оружие для пыток. Надо стрельнуть тебе в колено.

— Слушай, что за скотина… — лицо толстяка искривилось.

— Где пацан, Пор? — тихо спросил Генри.

Рот широколицего обмяк.

— Отпусти меня, — прошипел он. — Я ничего не знаю.

Генри выкрутил ему руку, треснул сустав.

— Где пацан? — спросил он без какой-бы то ни было интонации.

— Слушай, моя шея, цела, пока…

Генри еще чуть-чуть крутанул ему руку.

— Не будем тратить время зря, выкладывай и побыстрее.

— Слушай, если бы я знал, я бы все выложил, но мне никто не докладывает…

Пот струился по его обвислым щекам.

— Я знаю только, что за это заплатили пятьдесят кредиток. Старому бродяге с больной рукой. Так сказал Джо…

— Джо не понравится твоя сломанная рука. Похороны дешевле докторов.

— Ладно, ладно, — хрипло прошептал толстяк. — Идите в «Солнечную Корону». Именно там была засада. Клянусь, это все, что я знаю.

Генри оттолкнул его, повернулся и нырнул в толпу, которая уже стала расходиться. Через мгновение на улице осталось только тело Минота. Генри взглянул на еще не остывший труп.

— Мне следовало говорить тише, — сказал он мягко. — И тебе тоже.

«Солнечная Корона» пылала яркими огнями неоновых ламп. Ослепительный свет шел и из широкой двери, вырезанной в гофрированном металле фасада. Войдя в бар, капитан Генри подошел к стойке, заказал выпивку и стал осматривать толпу.

— Вы ищите кого-то конкретно или я подойду? — раздался рядом с ним тихий голос.

Капитан повернулся и увидел женское лицо, худое и измученное, покрытое неровным слоем косметики. Тонкая рука откинула назад прядь мертвых волос.

— Что за ночь, братишка, — она с трудом сфокусировала взгляд на украшенном камнями перстне-часах, надетом на костлявый палец. — Еще два часа. Я здесь уже две недели и едва оправдала расходы…

Она прислонилась к стойке, затем взобралась на табурет.

— Джонни Зарагамозу не видела? — спросил Генри небрежно.