Изменить размер шрифта - +
Вы должны записать его имя. Он может оказаться очень опасным противником. Имя очень длинное и вам его не выговорить, но значит оно «зимняя скорбь». Его бедная мать скончалась, произведя его на свет.

«Зимняя скорбь», такое красивое имя у столь подлого существа», — подумал Габриэл.

Подлеца с красивым именем занесли в постоянно увеличивающийся черный список.

— Теперь о его сыне, Кате, — продолжал Ину. — Его я вспоминаю с ужасом. Даже приближаться к его жилищу, яме, вырытой в земле, было опасно. В него постоянно проникали и из него вылетали духи…

Тула крикнула:

— Map, эти духи опасны?

— Думаю, вам следует считать их такими, — ответила Map из рядов таран-гайцев, где сейчас сидела. — Они из сброда Шамы.

— Ага. Продолжай, Ину.

— Он призывал духов, чтобы разжечь костер, — промолвил Ину. — Вам следует записать Ката и его духов. Это важно. Затем был его сын, мой отец. Кат-гиль звали его. Отцом он был отвратительным. Он так же жег костер ночами на вершине горы. Люди видели его на фоне неба, сидящим рядом с костром и поющим заклинания. Когда песни кончались, с кем-нибудь в Таран-гае случалось несчастье. Вы знаете, что с востока пришли многие, а не один Тан-гиль. Они были обыкновенными людьми, не такими, как мы.

Тула кивнула головой.

— Правильно, каждый его ближайший родственник был отмечен проклятием. До этого в Норвегии таких людей не было. Но родился ты, и сейчас ты с нами, — закончила решительно она.

— Да. Я не хотел слушаться зловещего голоса, звучавшего во мне, потому что полюбил девушку, самую красивую на свете, с добрым сердцем.

— Взгляните, на что способна любовь! — Воскликнула Тула. — Ты получил ее?

— Да. Тан-гиль наградил нас не только зловещим наследством, но дал нам и богатства. Он обещал нам это еще у Источника. Я был хорошо обеспеченным человеком. У меня было столько оленей, что никто не мог сосчитать их. А дальше случилось так, словно зловещее наследство исчезло. У нас появилось трое прекрасных ребятишек без малейших изъянов, а они, в свою очередь, подарили нам чудесных внуков с добрыми сердцами.

— Весьма вероятно, — изумился ведущий записи Андре, почти вытаращив глаза. — Тогда Тан-гиль начал плодить потомков уже в Норвегии, и проклятие нанесло свой удар здесь.

К разочарованию всех, Ину больше ничего не мог сообщить о жизни Тенгеля Злого в Таран-гае. Конечно жила легенда о сильном громе, приходившем с Горы Четырех ветров, острова в море. Этот гром и шум вызывали на море сильное волнение, заставляли землю дрожать. И после этого Тан-гиль месяцами лежал в своей пещере словно мертвый. Но вообще-то… нет. Если кто-нибудь во времена Ину начинал говорить о Тан-гиле, все замолкали и зажмуривали глаза. Говорить о таком зловещем не решались.

— А у Тан-гиля были другие родственники в Таран-гае? — поинтересовался Хейке, — Родившиеся до того, как он обнаружил Источник?

— Да, — кивнул головой Ину. — Но они были обыкновенными людьми. Тогда еще зловещие силы не наложили на него отпечаток, хотя он и был злым человеком от рождения.

— Да, он был таким, — подтвердил Натаниель. — Спасибо, Ину! Ты хорошо рассказывал.

За такие слова Ину снова отвесил глубокий поклон, а его широкоскулое лицо засветилось от радости. Он закончил тем, что передал привет Кристель, выразив надежду, что она будет довольна его покровительством.

Кристель, немного застеснявшись, поблагодарила его кивком головы, но, к счастью, она вдохновляюще улыбнулась ему. Тут все вздохнули с облегчением. Кристель, как и ее мать, Мари, были самыми ненадежными среди Людей Льда.

Быстрый переход