Но теперь она дрожала и от одного только взгляда за окно теряла весь гонор. В самом деле – опоздай я хоть немного, Хельга бы спрыгнула прямо туда, на заснеженные скалы. И даже если бы падение не убило ее на месте, холод и снег завершили бы начатое: при всей своей безопасности и могучей броне поезд Папы Римского не умел останавливаться мгновенно.

– Все хорошо, фрайин. – Я закутал Хельгу в одеяло еще чуть плотнее. – Все в порядке. Я здесь, рядом.

– Что… что это было?!

– Менталист. Очень сильный. Меня он тоже пытался… – Я осторожно погладил все еще подрагивающие плечи. – Но от таких можно спрятаться. Или выгнать из головы – если хватит сил.

– Знаю, – едва слышно отозвалась Хельга. – Меня учили… давно, но учили. Я, наверное, спала, и он как-то смог пробраться…

– Ничего. Главное, что мы оба целы. – Я протянул руку и взял с подноса дымящуюся чашку. – Теперь главное – согреться. Вот, попей.

Судя по аромату и вкусу, кто-то из гвардейцев оказался достаточно смышленым, чтобы плеснуть в чай немного то ли коньяка, то ли какой-то особенной швейцарской настойки на травах. Горячий напиток прокатился по внутренностям и осел в желудке приятным кусочком тепла, и выстудившееся купе сразу же перестало казаться таким уж неуютным. Я запоздало сообразил, что неплохо было бы перенести Хельгу к себе, в соседнее, но она так куталась в одеяло и жалась в стену на кровати, что ее стало жалко даже тронуть. Вряд ли холод мог всерьез навредить Одаренному ее класса, а вот лишние телодвижения определенно сейчас были…

Лишними.

– Проклятье, Горчаков. – Хельга неловко стукнула зубами о край кружки. – Не могу поверить, что я сама чуть не…

– Не сама, – вздохнул я. – Все хорошо. Тебе просто не стоит оставаться одной… ну, какое-то время.

– Ага! Поэтому – не вздумай уходить. – В мою руку снова вцепились холодные пальцы. – Никуда я тебя не отпущу.

– Как скажешь. – Я пожал плечами. – Все равно спать после таких приключений точно не захочется.

– А я тебе и не дам. – Хельга попыталась выдавить из себя улыбку. – Все равно хотела поговорить. Только…

Соображали гвардейцы быстро: хватило и одного взгляда, чтобы они тут же ретировались за дверь даже закрыли ее за собой – несмотря на сломанный мною замок. Мы с Хельгой остались одни – и в весьма интересном положении: только вдвоем в купе, да еще и одетые черт знает как, чуть ли не в неглиже. Я не сомневался, что солдаты его святейшества умели держать язык за зубам, но если вдруг хоть один из них сболтнет лишнего – через пару дней по всей Италии поползут такие слухи, что переговоры в Ватикане могут превратится в один сплошной фарс. Вряд ли Папа Римский, Георг, Жозеф или тем более Павел откажутся от моей кандидатуры.

Но осадочек останется.

– И о чем же ты хотела… побеседовать? – Я на всякий случай скосился на закрытую дверь. – Вряд ли кто-то станет нас подслушивать, но…

– Да какая разница? – Хельга нахмурилась и отхлебнула из кружки. – Не думаю, что нам дадут поговорить наедине, когда мы приедем в гости к его святейшеству… Может, вообще разлучат и поселят отдельно.

– Зачем? – отозвался я. – Кому вообще какое дело?

– Папе – никакого… вероятно. Павел доверяет тебе больше всех на свете. Но остальные… – Хельга на мгновение задумалась. – Уверен, старики Жозеф и Георг не в восторге от того, что мы столько времени проводим вместе.