– Что?! – От удивления я едва не подпрыгнул. – Святому Престолу что-то известно об этом?

– Никаких доказательств у меня нет – если вы об этом, князь. И не может быть. – Кардинал строго нахмурился. – Только скудные и противоречивые сведения от американских католиков, которые я могу подкрепить разве что собственными догадками. Но уже если в деле были замешаны деньги королевской семьи…

– Георг финансировал проект? – догадался я. – И поэтому сейчас готов пойти на все, чтобы заполучить оружие в свои руки?

– Тише, князь! Умоляю вас – тише! – Кардинал испуганно огляделся по сторонам. – Я выдал вам тайну исповеди! И если хоть кто-то узнает, если заподозрит вселенскую Церковь в симпатии к одной из сторон встречи в Ватикане…

– Понимаю, – кивнул я. – Слово аристократа – то, что вы сказали мне, не покинет этих стен. Конечно же, я не посмею использовать это знание на самих переговорах… и все же оно едва ли будет лишним. Я в долгу перед Святым Престолом, ваше высокопреосвященство.

– Не говорите так, князь! – прошипел кардинал. – А лучше – вообще забудьте обо всей нашей беседе! Я не должен был…

– Но все же сделали. – Я шагнул вперед и протянул руку. – Кто знает – может, эти слова стоят куда больше многомудрых бесед о судьбах мира.

– А может – нанесут такой вред, который мы уже не сможем исправить. – Кардинал стиснул мою ладонь холодными и липкими от пота пальцами. – Но я буду молиться, чтобы все закончилось хорошо… А теперь ступайте, князь – и да хранит вас Господь!

Глава 19

Стрелка часов уже давно перевалила за полночь, но сон все никак не шел. Не то, чтобы я так уж боялся снова сцепиться с загадочным менталистом – в моем арсенале было достаточно фокусов на случай его появления. Да и постель оказалась уж точно помягче и поудобнее той, в огромном купе Ватиканского поезда. Гостеприимство понтифика и на этот раз оказалось выше всяких похвал: для нас с Хельгой нашлись апартаменты на третьем этаже Апостольского дворца. Мне – в соответствии с княжеским статусом – досталась комната чуть поменьше – но тоже роскошная, просторная, с шикарным видом на купол собора Святого Петра и площадь с обелиском. Да еще и расположенная буквально за углом от личного кабинета Папы Римского. Подобным соседством, пожалуй, стоило даже гордиться.

Но все же не настолько, чтобы ворочаться под одеялом уже битый час. Прошедший день тянулся бесконечно и оказался не из легких – уже после ужина мы с Хельгой буквально валились с ног, а после встречи с Оболенским и местным посольством и вовсе готовы были рухнуть без сил… Но стоило мне добраться до постели – как сон тут же как рукой сняло.

Слишком уж многое я увидел и услышал за последние сутки. Измученное тело честно пыталось отдыхать, но сознание раз за разом прокручивало в памяти беседу с его высокопреосвященством кардиналом Монтанелли. Загадочные старцы, притащившие меня в этот мир, появились снова. То ли пытались предупредить, то ли посоветовать… то ли просто решили напомнить о себе – и о немыслимой важности моей миссии здесь. Но за пространными рассуждении о будущем не скрывалось почти…

Впрочем – нет. Кое-что полезное все-таки было. И если о роли Хельги в грядущих событиях я догадывался и сам, то слова про британского монарха стали сюрпризом… И еще каким! Кардиналу оказалось нечем подкрепить свои догадки, но если за проектом двадцатилетней давности действительно стоял Георг, если лабораторию Оппенгеймера в Лос-Аламосе финансировали из Лондона – то ли с самого начала, то ли уже позже, когда «Чародея» отобрали у военного ведомства…

Это определенно расставляло по местам если не все, то многое.