— Никак нет, ваше высокоблагородие! — Богдан вскочил из-за парты и вытянулся по стойке «смирно». — Моргать вообще не смею!

— Да? — усмехнулся Мама и Папа. — Тогда повторите, что я только что сказал.

— Вы сказали — господин юнкер, вы слишком медленно моргаете… — Богдан на всякий случай чуть втянул голову в плечи и добавил: — Ваше высокоблагородие.

Заржали все — за исключением разве что десятка самых дисциплинированных. Даже Артем, обычно мрачный, как туча, улыбнулся, в первый раз на моей памяти показывая два ряда ровных белых зубов. Мама и Папа нахмурился… но тут же и сам ухмыльнулся и жестом посадил Богдана на место.

Гроза прошла стороной.

— Прошу не забывать, что не всем из здесь присутствующих повезло родиться с магическим Даром. — Ротный для пущей наглядности зажег на ладони крохотный огонек — что-то вроде Горыныча, только поярче и посложнее. — Но и тех, кто считает огнестрельное оружие бестолковой игрушкой для простых солдат, уверяю — это совсем не так.

— Да толку-то от него? — пробурчал кто-то с задних рядов. — Щит не пробьет, таскать еще…

— Слова человека, который никогда не был в настоящем бою, — невозмутимо парировал Мама и Папа — похоже, подобные умники неизменно находились на каждом курсе. — И даже на полноценных учениях. Видите ли, господин юнкер, далеко не каждому Одаренному суждено достичь высших магических классов. А все прочие — включая и мой собственный восьмой — объединяет не только ограниченная сила заклятий, но и весьма… — Ротный сделал паузу и для пущей убедительности повторил: — Весьма скромный резерв. Иными словами, никто из вас не сможет удерживать Щит бесконечно — как не сможет бесконечно бить боевыми заклятиями. В схватке силы заканчиваются куда быстрее, чем успеваешь заметить.

Это я уже успел почувствовать на собственной шкуре. Даже имея слоновый для моего возраста запас духа, я все равно не брезговал и «наганом»… Хотя бы потому, что без него в определенный момент просто-напросто стал бы беспомощен.

— Магия — могучее оружие Одаренного. Но и она может подвести. А простое железо, — Ротный коснулся кончиками пальцем лежавшей перед ним на столе винтовки, — порой оказывается куда надежнее. Не говоря уже о том, что оно, как ни крути, объединяет обер-офицера дворянского сословия с простым солдатом — и это не стоит недооценивать… В конце концов, правильный офицер — это в первую очередь командир, наделенный властью, знаниями и опытом. — Ротный улыбнулся одними уголками губ. — И только во вторую — ходячая полковая пушка.

— А вам приходилось… стрелять в людей?

Богдан забыл прибавить положенное «ваше высокоблагородие», но Мама и Папа почему-то не обратил на это внимания.

— Да. К сожалению, — отозвался он. — Мне приходилось оказываться в ситуациях, когда родовая магия подводила. Но даже тогда со мной оставалось все то, чему мы учим вас здесь. И уж поверьте, господа юнкера, настоящего военного делает вовсе не Дар.

Не знаю, специально ли Мама и Папа подгадал так, чтобы эффектная фраза пришлась на сигнал к окончанию класса, или просто так совпало, стоило ему смолкнуть — где-то в коридоре прозвенел звонок. Взвод первокурсников дружно вскочил, услышал заветное «Вольно. Разойдись» — и в полном составе устремился к двери.