Но бесцветные глаза, оглядевшие все вокруг, выражали сомнение в том, что граф может находиться в таком месте. Граймз обращался к миссис Тук. Та указала на Александру.

— Я здесь в гостях. Вот мисс Гаскойн, хозяйка.

— Да, он здесь, — сказала девушка. — Но до того, как вы пройдете к своему хозяину, нам стоит обговорить некоторые вещи.

Камердинер мрачно слушал, пока она описывала состояние здоровья графа и повторяла все предупреждения доктора. Потом начала объяснять:

— Вы привезли столько разных вещей, что хватило бы на семью из восьми человек. Я уверена, что лорд Драммонд будет вам благодарен, но воспользоваться привезенным он здесь не сможет. Вы сами видите, что в доме нет ни дюйма пустого места. — Она взмахнула рукой. — Но доктор предложил, чтобы вы остановились у него. Там милый дом, хотя тоже небольшой. В деревне нет больших домов. Даже у него не хватит места для пяти человек, поэтому я советую вашим… друзьям вернуться в Лондон и прихватить с собой большую часть багажа. — Александра подождала ответа слуги. Поскольку тот молчал, у нее сложилось впечатление, что она могла бы ждать целый год. — Простите, — с нотками отчаяния сказала девушка. — Вы, должно быть, проделали долгое, утомительное путешествие. Но ваш хозяин выздоравливает. А здесь совсем нет свободного места.

Граймз подождал, не будет ли продолжения. Затем невозмутимо поблагодарил ее и отправился наверх, в спальню хозяина. Александра осталась с другими слугами. Возница, не спускаясь на землю, с опаской посматривал на нее. Два лакея спешились и стояли возле своих лошадей, они были покрыты пылью и выглядели уставшими.

— На кухне хватает места только для двоих человек, — сказала им девушка, — вы можете заходить по очереди. У нас есть сидр, чай и пирожки.

Теперь слуги выглядели еще и смущенными. Миссис Тук сложила руки на животе.

— Вещи можно пока оставить здесь, — четким и твердым голосом сказала она приезжим. — Привяжите лошадей около конюшни или отпустите их пастись на поле. Сено и вода там есть, а вот места в конюшне для них нет. Потом можете накачать воды насосом и помыться, а я принесу вам немного перекусить.

— Да, мэм! — Лакеи одновременно кивнули и с облегчением отправились выполнять ее приказания.

— Они служат аристократу, — объясняла миссис Тук Александре, когда обе дамы пошли назад. — Поэтому привыкли, чтобы им говорили, что делать, и боятся выполнить что-нибудь неправильно. Мы спросим у его сиятельства, как с ними поступить, но пока им нужны указания.

— Да, понятно, — сконфуженно призналась Александра. — Есть много таких вещей, о которых не прочитаешь в книгах. Мистер Гаскойн все знал об этикете, но никогда не общался с людьми высокого класса.

— Нет, общался, — не согласилась миссис Тук. — И с их сыновьями тоже, хотя неудачно. Я уверена, что он знал очень много. Простите меня за эти слова, но ему никогда не удавалось достичь понимания с людьми любого класса, высокого или низкого. Вот почему вам пришлось поселиться здесь, не правда ли?

Александра печально кивнула.

— Действительно. Ему никогда не нравились аристократы. Отец говорил, что кровь — не показатель силы характера, хотя благородные господа считают иначе. Ему и средний класс был не по душе. Он говорил: «Деньги не делают человека, хотя человек обычно считает, что делают». Это одна из его любимых шуток. И еще он всегда говорил, что крестьянин есть крестьянин и такому горю ничем не поможешь, — добавила девушка с несчастным видом, а миссис Тук нахмурилась.

— Значит, он одобрял только?.