– Да, мистер, конечно! – согласился старик, заметив, что прелестная девушка прижимается к Моргану, не сводя с него огромных зеленых глаз. – Я сходил в конюшню и сказал Квентину, чтобы он оседлал коня. Нет, я не думал, что Себастьяну удастся прогнать вас! – поспешно добавил Оуэн, опасаясь, что Морган обидится. – Просто на всякий случай… Кстати, вы можете воспользоваться подземным ходом. Там они вас не найдут.

– Ты просто сокровище, Оуэн! – хрипло сказал Морган, облегченно вздохнув. Когда он взглянул на бледную Сэйбл, выражение его лица смягчилось. – Здесь есть подземный ход, который ведет к конюшне. Его прорыли во времена моих предков, и я думаю, что даже Себастьяну о нем неизвестно. Рискнем.

Она молча кивнула. Все чувства девушки отражались в се глазах. Моргану ужасно хотелось обнять ее и сказать, что им больше не о чем беспокоиться, но нужно было торопиться. Через толстые каменные стены глухо доносилось завывание собак. Сэйбл вздрогнула, и Морган взял се за руку.

– Пошли!

Девушка молча последовала за ним по темному переходу. Тени их скользили по скупо освещенной светом фонаря степе. С Морганом Сэйбл не было страшно, но крайней мере за себя, но она понимала, какую угрозу представляют собой темные силы, олицетворяемые Себастьяном. Нельзя допустить, чтобы Морган снова встретился с этим чудовищем. И хотя сам капитан никогда бы не признался в этом, она инстинктивно чувствовала, что одному Моргану не справиться с таким человеком.

В подземелье было холодно и влажно, и Сэйбл с облегчением вздохнула, добравшись наконец до теплой конюшни, где пахло сеном и конской упряжью. Когда они выбрались из люка, устроенного в полу, их встретил симпатичный юноша в бриджах и кожаной куртке. Его темные глаза округлились: он с восхищением взирал на сэра Моргана, о котором в Пенлис Уэллс ходили легенды!

– Я оседлал для вас Дамаска, сэр. Он самый быстрый копь в хозяйской конюшне, – сказал юноша.

– Спасибо, Квентин! Веди его сюда и прихвати того коня, на котором я приехал.

– Хорошо, сэр.

У Сэйбл полегчало на душе, когда она увидела черного как смоль арабского скакуна, которого Квентин вывел из соседнего стойла. Такого коня Себастьяну никогда не удастся догнать! Морган взял фыркающее животное за узду и повел в маленький дворик. Там он подозвал Сэйбл и усадил ее в седло, при этом его руки на миг задержались на ее топкой талии. Ночь была безлунной, но он видел, как побледнела Сэйбл, молча взиравшая на него.

Он крепко пожал ей руку.

– Обещаю, что я выведу тебя отсюда. Судя по всему, они сейчас ищут нас во внутреннем дворике. Мы поедем через южные ворота и дальше – вдоль реки, а не по горной дороге, как, вероятно, подумает Себастьян.

Морган, прищурившись, взглянул на огни в окнах главного блока. Возможно, они успели бы доехать и по горной дороге, пока Себастьян перевязывает руку, но Морган не желал рисковать: ведь с ним ехала Сэйбл. Страдающий от боли и жаждущий мести, Себастьян был теперь опаснее раненого тигра.

– Морган!… – Тонкие пальцы девушки потянули его за рукав, и он оглянулся. – Куда мы поедем? Есть ли в Эйбердере люди, которые не побоятся помочь нам?

– Когда речь идет о Себастьяне, все жители любой деревни придут нам на помощь. Не будь я уверен в этом, не оставил бы тебя.

– Т-ты оставишь меня? – Сэйбл похолодела. И когда он кивнул, облизала пересохшие губы. – Но почему?

– Мне нужно вернуться, чтобы рассчитаться с Себастьяном.

Сэйбл в ужасе смотрела на Моргана.

– Но ты же не собираешься убить его? Взгляд его голубых глаз заставил ее содрогнутся.

– Я провожу тебя до ближайшей деревни, а затем вернусь.