Отпустив ее руки, он ждал, что она снова набросится на него, но Сэйбл стояла не шелохнувшись и опустив голову. С минуту Морган смотрел на нее. Затем резко повернулся и быстро направился к выходу. Грейсон последовал за ним.

Как только дверь за ними захлопнулась, Сэйбл схватила пустую кружку со столика и, размахнувшись, запустила в крепкую деревянную дверь. Кружка хоть и не разбилась, но сила удара была такова, что от двери откололось несколько щепок, что принесло девушке некоторое удовлетворение.

Сэйбл немного подождала, готовясь к возвращению разгневанного капитана, однако ничего не произошло. Пожав плечами, она закрыла дверь на задвижку и, стянув с себя рубашку, швырнула ее в угол. Взглянув на себя в зеркало, стоявшее у изголовья, она обнаружила, что сильно похудела за время болезни. У нее выступали ребра, а кожа приобрела нездоровый, бледный оттенок.

Надев свое нижнее белье и платье, Сэйбл тяжело вздохнула. Она терпеть не могла этого Моргана Кэри! Нужно как-то уговорить команду, чтобы ее переправили в Танжер. Куда бы ни направлялся «Вызов», у нее не было никакого желания оставаться на его борту. Бедный Нед, наверное, сходит с ума из-за нее. Когда Сэйбл подумала о нем, слезы вновь навернулись ей на глаза.

«Хватит! – сказала она себе. – Слезы здесь не помогут. Нужно проявить мужество, если собираешься бросить вызов капитану Моргану Кэри». Она стиснула зубы, вспомнив силу его железных пальцев, сжавших ее запястья. Будет совсем не просто нанести поражение такому человеку и найти способ бежать с этого судна! Но Сен-Жермены не трусы, и она была полна решимости сражаться изо всех сил еще оставшихся у нее после болезни.

Деликатный стук в дверь отвлек се от зеркала, у которого она расчесывала волосы щеткой с серебряной ручкой, которую нашла на туалетном столике сэра Моргана. Длинные блестящие локоны струились под ее пальцами, и Сэйбл задавалась вопросом: кто же вымыл из них морскую соль? Видимо, Морган Кэри, решила она, вспомнив его насмешливое замечание: мол, как старательно он выхаживал ее.

– Леди Сен-Жермен? – донесся из-за двери мужской голос с едва уловимым шотландским акцентом.

– Кто там? – насторожилась Сэйбл.

– Доктор Пирсон. Можно войти?

Она разгладила юбки и отодвинула щеколду. По изумленному выражению на худощавом лице вошедшего она догадалась, что судовой врач не ожидал, что увидит ее на ногах, одетую. Впрочем, больше всего Пирсона поразила красота девушки, ибо он еще не видел ее такой – в мерцающем золотистом платье, с неубранными волосами, сверкающим водопадом ниспадающими по ее спине.

– Вижу, вам значительно лучше, ваша милость! – весело улыбнулся доктор. – Вижу даже без должного осмотра.

Сэйбл ответила равнодушной улыбкой. В присутствии этого человека с суетливыми манерами и высоким дребезжащим голосом, действовавшим на нервы, она чувствовала себя неловко. Однако при осмотре Пирсон проявил себя толковым врачом. Закончив осмотр, он заявил, что у Сэйбл прекрасное здоровье.

– Отдых, побольше фруктов и солнца, ваша милость, – сказал он, помогая девушке подняться, – и очень скоро вы окрепнете.

При упоминании о еде у Сэйбл заурчало в желудке, она почувствовала, что умирает от голода. Волею фортуны в этот момент в каюту вошел Грейсон с подносом в руках. И тотчас же был вознагражден за свою предусмотрительность такой ослепительной улыбкой, что чуть не задохнулся от счастья.

– Это вам… от сэра Моргана, – заикаясь, проговорил стюард, поставив поднос на стол.

Она уже собиралась заявить, что ей ничего не нужно от ненавистного капитана «Вызова», но Грейсон сдернул с подноса салфетку, и перед взором Сэйбл предстали аппетитный кусок ветчины, дымящаяся миска жаркого и свежевыпеченная булочка; от них исходили нестерпимо аппетитные запахи.