Поднявшись со скамейки, Юля направилась обратно в здание, чтобы отдохнуть в своем кабинете. Свернувшись калачиком на маленьком диванчике, она не заметила, как задремала, сказалось пережитое нервное напряжение. Когда Юля открыла глаза, за окном уже были сумерки, палящий летний зной сменила вечерняя прохлада. Открыв окно, она включила электрический чайник, достала из шкафа баночку растворимого кофе и любимую керамическую кружку с изображением пухленького младенца, напряженного в костюмчик пушистого зайца.

Не успела Юля допить свой кофе, как зазвонил мобильный телефон.

– Ты еще в клинике? – раздался бодрый голос Виктора.

– Да, я у себя, – взволнованно ответила Юля.

– Что за паника в голосе? Все в порядке, я просто хотел сказать, что твоя знакомая проснулась и чувствует себя вполне удовлетворительно, можешь с ней поговорить.

– Спасибо, уже лечу!

Юля вышла из кабинета и отправилась в палату интенсивной терапии, куда поместили Марину.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спросила она, подходя к кровати.

– Уже лучше, – улыбнулась Марина. – Ты не могла бы принести мою сумку? Насколько я понимаю, это частная клиника, хочу заплатить за лечение.

– Насчет этого не беспокойся, я здесь работаю, и лежать ты здесь будешь совершенно бесплатно, я оформила тебя как родственницу. А за лекарства я уже заплатила.

– У тебя что, слишком много денег? – сердито спросила Марина.

– Не слишком, но вполне хватает, – ответила Юля.

– Возьми деньги у меня в сумке и оплати по счету! – потребовала Марина.

– Хотя у меня не слишком много денег, но я не делаю из них культа. Может, ты не понимаешь, но я искренне хочу тебе помочь и вполне способна оплатить твое лечение. А насчет своих документов и денег можешь не беспокоиться, они у меня дома, в надежном месте, – успокоила она девушку.

– Как я смогу тебя отблагодарить? – уже гораздо спокойнее спросила Марина.

– Очень просто. Скажи мне, что с тобой произошло и чья дочь Настенька, почему ты забрала ее у родителей. Только правду.

Бледное лицо Марины слегка порозовело, а глаза стали медленно наливаться слезами. Здоровой рукой девушка крепко сжала край одеяла и, опустив взгляд, смотрела на него, словно в белом пододеяльнике была скрыта тайна вселенной. Покусывая нижнюю губу, она медлила с ответом. Юля не торопила ее, понимая, как тяжело решиться на серьезный, откровенный разговор с совершенно посторонним человеком. Сама то Юля знала, что не собирается причинять вред девушке и хочет знать правду, чтобы разобраться в ситуации и постараться помочь, но Марина этого знать не могла, не удивительно, что ее терзали сомнения.

– Хорошо, я тебе все расскажу, – наконец решилась она. – Но пообещай, что ты не станешь считать меня сумасшедшей. Все, что ты услышишь, может показать бредом, но это не так. Я знаю, что я права, хотя не могу ничего доказать. Знаешь, как астрономы открывают новые звезды даже за пределами солнечной системы? Их не видно, даже в телескоп, но они знают, что эти звезды там есть!

Юля молча слушала девушку, не очень понимая, о чем та говорит, но перебивать не стала.

– Настеньку я у родителей не забирала, – тихо начала Марина, – вернее, забрала, но это вовсе не то, о чем ты думаешь! Обещаешь, что не сочтешь мои слова бредом и фантазией?

«Смотря что это будут за слова», – подумала Юля, но вслух сказала:

– Конечно, я тебя выслушаю и постараюсь понять.