Бригитта провела ее рукой по своему мягко округлившемуся животу.

– У меня там внутри растет ребенок – твой новый кузен или кузина. – Лицо маленькой девочки при этих словах просветлело от восторга. – Скоро он появится на свет, и тогда мы все будем вместе играть в саду: ты, Хитрец, мой малыш и я. Ну как, ты будешь играть с ним?

– Конечно. Но где же он был прежде?

– С ангелами на небесах.

Гленда призадумалась.

– А как же он попал с небес к вам в живот?

Черный Джек и Йен громко фыркнули, давясь от смеха.

– Это сделал дядя Йен, – покраснев, ответила Бригитта. Потом ехидно улыбнулась мужу и добавила: – Расскажите ей, дядя Йен, как это ребеночек оказался у меня в животе.

Йен растерянно потер подбородок.

– Это случилось, Гленда, когда я выказывал леди Бри свою любовь.

– Я понимаю, – сказала Гленда.

Йен самодовольно улыбнулся, но едва не свалился со стула, услышав следующие слова своей племянницы:

– А у меня в животе нет ребенка, – громко сказала она. – Значит, меня ты не любишь, дядя Йен?

Бригитта ахнула, но тут же нашлась:

– Любовь дяди к племяннице – это совсем другая любовь, мой ангел.

– Ага. – Это, казалось, удовлетворило Гленду, но она тут же пристально взглянула на Бригитту: – Но как же малыш выберется из вашего живота?

– Йен, я думаю, пора раздать подарки, – предложила Бригитта, надеясь таким образом отвлечь девочку.

– Конечно, – облегченно вздохнул тот. – Давно пора.

Подозвав слугу, Йен велел принести подарки, которые они привезли из Эдинбурга. Гленда захлопала в ладоши от радости при виде новой куклы, которую тут же назвала леди Осень, или Отма. Все очень удивились необычности этого имени. Тогда малышка объяснила, что это в честь возвращения ее любимой Бри в Данридж.

– Это же случилось осенью, правда? – весело щебетала она. – Я хочу навсегда запомнить этот счастливый день.

Никто не заметил, как губы Антонии скривились в молчаливой усмешке, когда та услышала слова дочери.

Сприн пришла в восторг от прекрасных тканей. Когда спустя несколько минут она вышла из зала, чтобы отнести подарки наверх, то чуть не споткнулась на лестнице, не в силах оторвать взгляд от узорчатых материй.

А Йен поставил Хитреца на стол и, сняв с него старый желтый ошейник, застегнул вокруг шеи лисенка новый.

– Ну вот, – сказал он. – Что ты…

Хитрец высунул язык и лизнул его прямо в раскрытый рот.

– Фу! – Йен вытер губы рукавом рубашки, потом сделал глоток эля и опустил Хитреца на пол.

– Не забудь вымыть себе рот, любовь моя, – шепнула Бригитта, передразнивая его. – Я не выношу лисьего привкуса.

Собравшаяся за столом семья скоро разошлась. Гленда нехотя отправилась на урок с отцом Капланом, а Бригитта поднялась наверх, чтобы немного отдохнуть. Когда Черный Джек удалился к себе в кабинет, Йен взял кружку эля и уселся перед камином. Расслабившись, он вытянул ноги, закрыл глаза и стал представлять себе сына, которого, как он был уверен, носит Бригитта.

– Твоя жена – шлюха, – услышал он голос рядом.

Йен изумленно открыл глаза и уставился на Антонию, стоявшую перед ним.

– Что-что? – протянул он. – Ты что, с ума спятила? Да за такие слова я знаешь, что с тобой сделаю!..

– А от этого ничего не изменится, – спокойно возразила Антония. – Я говорю правду.

– Ты снова суешься в мою жизнь, – излишне размеренно произнес Йен.