– Полагаю, сэр, что сейчас я расплачиваюсь за свой постыдный поступок, не так ли?

Артан в смущении отвел глаза. Затем собрал все, что осталось от трапезы, и сложил обратно в седельный мешок. «Да уж, – подумал он, – не так-то просто переубедить эту девушку». Но он обязан ее переубедить. Если Сесилия откажется ему поверить, это станет для него настоящим ударом. Впрочем, Артан понимал, что отчасти утратил право на доверие, похитив девушку. Пока Сесилия не поверит в существование подлого сговора между Эдмундом, Анабеллой и Фергусом, она не поймет, что у него, Артана, не было другого выхода.

– Вы можете поклясться честью, что не попытаетесь сбежать, если я не буду связывать вас на ночь?

– Клянусь. И еще раз вам говорю: как бы я ни расценивала ваши действия и как бы ни относилась к вашим словам, будет несправедливо, если вас убьют. По крайней мере, вы делаете то, о чем вас попросил мой дядя. И не исключено, что вы искренне считаете, что сейчас спасаете мне жизнь. Я остаюсь с вами. Я вместе с вами поеду в Гласкриг. И не буду больше противиться этому.

Артан молча кивнул. Он в задумчивости смотрел вслед девушке, пока та не скрылась в темноте. Вероятно, ему не следовало терять время, если он все еще лелеял надежду, что по дороге в Гласкриг ему удастся склонить Сесилию к браку. Да, нужно незамедлительно начать за ней ухаживать. Правда, Артан вовсе не хотел делать страсть, вспыхнувшую между ними, козырной картой в своей игре, но он решил, что пойдет на это. По его мнению, это был самый простой – если не единственный – способ заглушить гнев Сесилии и растопить лед недоверия, который возник между ними. Пока он не завоюет снова ее доверие, он не сможет сообщить ей о предложении Ангуса. А это в конце концов ему придется сделать. Хотя времени, чтобы найти для этого подходящий момент, очень и очень мало.

Артан со вздохом поморщился. Возможно, «подходящий момент» вообще никогда не наступит. Ведь не было никаких сомнений: узнав, что он хочет жениться на ней из корыстных побуждений, девушка подумает, что он ненамного лучше, чем сэр Фергус. Сравнение с этим чудовищем задело Артана за живое. Но чувства Сесилии можно будет понять. К счастью, она действительно верила, что он желает ей только добра.

И все-таки нельзя терять время. Да-да, нужно действовать. Необходимо как можно скорее сделать так, чтобы Сесилия привязалась к нему. Размышляя об этом, Артан расстелил себе постель на густой мягкой траве. Лишь только Сесилия смирится с тем фактом, что она не может выйти замуж за сэра Фергуса, он, Артан, попытается склонить ее к браку. И лучше бы найти веские причины – чтобы она сама захотела выйти за него. По дороге в Гласкриг им нужно сойтись, заключить брак по любви. Когда же они доедут до Гласкрига и решат вопрос с сэром Фергусом, их брачные узы будут освящены церковью. Артан нисколько не сомневался, что такие священные узы Сесилия не посмеет разорвать. Благодаря этому у него появится время, чтобы загладить нанесенную ей обиду.

Когда Артан увидел, что Сесилия, немного прогулявшись, вернулась, он вздохнул с облегчением. Конечно, он поверил ее слову чести, но все же его душу грызли сомнения. Он заметил, что она бросила взгляд на постель. Артан поступил так, как было легче всего, – не стал ждать, когда Сесилия спросит его, почему постель только одна, и пошел прогуляться перед сном.

Девушка смотрела ему в спину, затем перевела взгляд на постель. Сначала она возмутилась, но потом, поразмыслив немного, решила: «Наверное, Артан постелил одну постель потому, что у него не было другого выхода. Возможно, у него только одно одеяло». А ночи были довольно прохладные. И чем дальше в горы, тем холоднее будет становиться. И если не хочется всю ночь дрожать от холода, то придется терпеть. Да, у нее не было выбора.

Забравшись под одеяло, Сесилия ждала, когда вернется Артан.