|
Тот наскоро просмотрел и вернул обратно. — Анубису отнеси, — сказал он. Уотсон спрыгнул на ходу и быстрым шагом направился к первой машине. У третьей он заметил лежащий в багажнике «стингер». Не иначе как страховка на случай воздушных гостей. Разговор с Анубисом о карте состоялся в его машине. О других делах в присутствии Серафима не говорили. — Ты не перепутал? — спросил Анубис. — Так много палаток? Там не может быть столько народу, чтоб их задействовать. — Ничего не перепутал. Как раз число палаток я и отметил. Людей там тоже прилично. — Значит, маскируют что-то. А это что за крест возле холма? — Братская могила. Хоронили нескольких. — Значит, наемники убивают сталкеров? — Сталкера заметил только одного, но я же не мог рассмотреть внимательно. Мы на вертолете пронеслись, мне лишь форма в глаза бросилась на какое-то время. Зато я увидел, что не меньше половины тел в могиле были в костюмах наемников. — Конечно, — согласился Анубис со слегка просветлевшим видом. — Они же в Зоне салаги. Наверняка гибнут от аномалий и мутантов с непривычки. Это нам на руку. — Неужели им Глок своих людей не дал? — Зачем? Обучать наемников сталкерскому делу? — Хотя бы просто для безопасности. — Может, и дал. Может, тот сталкер был как раз из них. Не справился с обороной и поплатился за это. Теперь уже не узнаем. Спасибо за помощь! — Был рад помочь, — сказал Уотсон, но уходить не собирался. Помолчав, спросил: — Если удастся пробиться через заслон, то что тогда? Анубис пожал плечами, глядя на раскинувшийся справа «трамплин». — Дальше Припять, — ответил он. — И «монолитовцы». — Другой фронт? — Не думаю. «Монолиту» незачем устраивать сплошную линию обороны. Не забывай, они не наемники, для них Припять стала родным городом. Скорее всего они залягут в выборочных точках, чтобы простреливать все пути. Так смогут вынести всех наших бойцов точными уколами. Эрагон именно такую оборону и использовал, когда проход к центру освободился. Я надеюсь, никого из наших живьем не поймают. — Что случится, если поймают? — спросил Уотсон. По изменившимся глазам Анубиса он понял, что не хочет знать ответ на этот вопрос. Лидер клана сделал глубокий вдох. — Эрагон — бывший генерал не буду говорить какой структуры, — начал он. — Потому что он опозорил ее настолько, что я не хочу лишними деталями бросать на нее тень. Как и упоминанием его настоящей фамилии. Скажу лишь, что в Коалиции он никогда не работал, как считают некоторые. Он такой же кандидат на пожизненную решетку или смертную казнь, как и любой другой в клане «Монолит». — Что он такого сделал? — осторожно спросил Уотсон. — Как сам утверждал на суде — сбрасывал напряжение. Уотсон потер лоб, рассеянно прислушиваясь к равномерному урчанию мотора. |
