|
Марк уставился в окно, стараясь не пропустить ни единой детали. — Есть! — крикнул Борланд с заднего места. — Ты попал в него! — Ну, еще бы. Визуальное подтверждение есть? — Интуитивное. Шутка. — Кунченко! — орал Глок, срывая с себя шлем и стуча им по стеклу. — Ну почему, почему?! — Спокойно, — произнес Сафрон, концентрируясь и наклоняя голову. Ему следовало выполнить самую главную и ответственную охоту в своей жизни. «Тайкун» за один заход спалил все три вражеских бронетранспортера, которые еще оставались на ходу. — Видишь этот, последний? — показал Клинч. — Да, — ответил Борланд. — А что с ним? — Когда-то я его мыл, — ответил майор. — Губкой и чистящим средством. А теперь он пыльный. Марк внимательно следил за вертолетами. — Последний «охотник» отрывается от лидера, — сообщил Марк. — Спасибо. Кунченко сменил курс, двигаясь за улепетывающей «Дельтой». Марк пристроил на левом глазу нашлемный целеуказатель. Теперь он был готов. — Пуск, — сказал он. Клинч переключил режим оружия и нажал на кнопку. С самого конца правого крыла оторвалась необычайно длинная и тонкая ракета, готовая к труду и обороне. Марк не мигая смотрел на хвост Ми-28, видя в расплывчатом фокусе преследовавшую его «иглу». В последний момент «Дельта» выпустила ряд ложных мишеней, но это ее не спасло. Марк тут же взметнул прицел вверх и вернул обратно к вертолету. «Игла» обошла обманку, угодив непосредственно в лобовое стекло нижнего пилота. Сбитая «вертушка» начала падение, и Кунченко успел пнуть «Дельту» еще одним «вихрем», прежде чем вертолет свалился вниз. — Второй пилот мог выжить, — сказал Борланд. — Пусть, — ответил майор. — Мне он не нужен. А тебе? — И мне нет. — Вот и славно. Клинч переключил радиосвязь на нужную частоту. — Анубис, — сказал он. — Где нож?! Нам нужен нож, но в такой жаре я не сяду! — Клинч, это ты? — ответил голос лидера «Долга». — Рад тебя слышать. Ножа нет, нож несут Фармер и Уотсон. Они вчера ночью вышли в Припять. Ищи их там. Больше ничем не могу помочь. — Нож в Припяти? — повторил Клинч, глядя на Марка. — Да. Лети туда напрямую. Я попытаюсь прорваться, чтобы помочь. Больше ничего не могу сделать. — И не надо, — сказал Клинч. — Спасибо тебе, дружище! И удачи! Он выключил радио и глубоко вздохнул. — Все слышали? — спросил он. — Ага, — сказал Борланд. |
