— И мы рады знакомству, Урулхай. Мою спутницу зовут Лула, а меня Марк. Прибыли пока без конкретных предложений. Наш визит носит скорее дипломатический характер, — захожу издалека.

Лула стрельнула в меня взглядом, но промолчала. Ну а что, сама решила, что говорить буду я. Вот я и говорю, что думаю…

— Да-да, наслышан, — Урулхай сделал широкий приглашающий жест, — Рад за вашу фракцию. Всегда знал, что рано или поздно Атемита поднимет людобогов на достойную высоту.

— А вы знакомы с Атемитой?

— Вряд ли это можно назвать знакомством. Видел как-то раз, — пояснил орк, — Зато наслышан. Говорят, людобоги создали свой клан.

— Мы предпочитаем называть наше объединение профсоюзом.

— Хорошее название для клана, — одобрил орк. Походу для него любое объединение считается кланом. Ну пусть так.

— Я знаю, что с фракцией зверобогов красный мир сотрудничает очень давно и плодотворно… — продолжаю щупать почву.

— … ваш клан сотрудничал еще с предыдущей главой оргкомитета, — влезла Лула, — С Мэгрой.

— Да, мой клан сотрудничает с богами очень давно, — согласился орк, никак не отреагировав на имя Мэгры, — Со зверобогами с незапамятных времён, с технобогами уже около десяти тысяч лет. Пришло время начать сотрудничество с людобогами.

Лула едва заметно покривилась. Тема Мэгры не получила развития, зато тема взаимовыгодных отношений проходит красной нитью. Я не собираюсь менять тему. Меня пока все устраивает.

— Скажите, Урулхай, — продолжаю, — Чем вам может быть интересно сотрудничество с фракцией людобогов?

— Тем же, чем и с остальными фракциями, — с готовностью ответил орк, — Нас интересуют кубоверы и только кубоверы. Только так мой клан получает новые способности и растет в уровнях.

А вот это облом. Среди людобогов совсем немного тех, кто имеет верохранилище, и еще меньше тех, кто готов выставлять кубоверы на продажу. Это прям какой-то божественный облом. С Рублевкой нам не тягаться, к оракулу ходить необязательно.

— Мы производим матрицы, — пытаюсь заинтересовать орка, — У нас широкий ассортимент…

— Если только вы предложите цену, ниже чем у Мановара, — вежливо возразил Урулхай, — Матрицы мы покупаем у технобогов.

А вот это уже двойной облом. Тот факт, что производителем матриц он считает не Техноса, а Мановара, ни черта не меняет. Мы не сможем конкурировать ни со зверобогами по части кубоверов, ни с технобогами по части матриц. У меня идеи закончились.

Орк задумчиво пожевал нижнюю губу и поддернул тесноватый рукав пиджака семьдесят шестого размера. Он тоже явно видит, что прорывных соглашений как-то не намечается. Прям совсем.

— Кстати, — выкладываю последний людобожий козырь, — У нас появилась фракционная способность. Улучшаем драконов и виверн…

— Увы, — Урулхай совсем загрустил, — У нас ограничение расовой способности. Среди орков не встречаются погонщики. Управлять вивернами и драконами мы не можем… а так конечно, в инфракрасных пустошах нам бы драконы не помешали.

— Любопытно. Что за инфракрасные пустоши? Это соседний мир?

— Не совсем мир, — поправил Урулхай, — Инфракрасный спектр энергии едва пригоден для выживания. Скорее это промежуточное параллельное пространство.

— Интересно. Ваш мир красный. Вы граничите с инфракрасными пустошами. А дальше? Какой следующий цвет спектра?

— Дальше начинается хаос, — ответил орк, — Хаос не имеет определённого цвета. Так что именно мы, орки, стоим на пограничье и защищаем миры порядка от нашествий тварей хаоса.

— Недавно на Рублевке был прорыв хаоса, — Лула снова попыталась перевести беседу в русло своих поисков, — Говорят, такого не случалось очень давно.