– Чего ржете-то, – обиделся Серый. – У них же полно и патронов, и пистолетов. Тут до сих пор, если знаешь где, «шмайсер» выкопать можно. А раньше вообще в каждом огороде валялись. Ну и до сих пор остались.

– И ты видел, да?

– Штык-нож видел, с орлом и фашистским крестом, – твердо сказал Серый.

– Свистишь, – протянул Вован с завистью. – У кого?

– Грихана помнишь? Ну вот.

– Какого Грихана? – спросил я ревниво.

– Да фюрер местный один, мы случайно познакомились, ну там…

Вдаваться в подробности он явно не собирался. Ну и ладно.

И тут Генка сказал:

– На самом деле это надо у Витальтолича спросить, насчет тракторов таких.

– При чем тут Витальтолич? – не понял я.

– Ну, пушки где нужны? На войне. А где мы воюем?

– Где мы воюем? – спросил я, как и боялся, еще глупее, но никто уже не смеялся.

Генка вздохнул и полез суковатой дубинкой в угли. Взметнулся сноп искр, лица девчонок по ту сторону костра, слепленные из алых бликов и черных теней, поплыли, как в комнате смеха. Я сморщился от жара и неуверенно спросил:

– В Афганистане, что ли?

Девчонки, кажется, переглянулись, Вовка с Серым тоже. Генка опять вздохнул и отодвинулся в тень. Я сказал, пытаясь разглядеть его лицо:

– А при чем тут Витальтолич? Я думал, он погранец, как Валерик.

– Ты че! – шепотом завопили, перебивая друг друга, Серый с Вованом. – Он десантник! У него медаль, не, орден, че хрень несешь, «За отвагу», дурак, что ли, а ты видел, ща как дам больно!

– Чего разорались, – сказал я недовольно, чтобы не показать, как смущен и озадачен. – И какой там орден, медаль, воюют?.. Там же это самое… Интернациональный долг.

– Артурик, – сказал Генка со вздохом, будто это что-нибудь объясняло.

Он вообще ничего пацан, хоть и толстый, но толковый. И особо не выпендривался тем, что старше. Наоборот, не стеснялся словно полный салапендрик выступать – например, когда нудно рассказывал про зыкинские гэдээровские модели самолетиков, которых склеил двадцать семь штук и склеит еще пять. Но сейчас смотрел на меня, как мудрый завуч на заблудившегося в коридоре первоклашку.

Я не то чтобы запсиховал, настроение было слишком хорошим, но голос чуть повысил:

– Чего Артурик-то. Я по «Времени» смотрел – продукты возят, врачей, всякое такое. Ну и охраняют там местных от душманов, конечно.

– Артурик, – повторил Генка.

Серый, как всегда поспешно, будто его могли перебить, заговорил:

– Мне Дрон Загуменнов рассказывал, он в параллельном классе, – и у его друга брат, короче, там был. Ну и рассказывает: везут, значит, продукты, там целая колонна из грузовиков…

– «КамАЗов»? – ревниво встрял Вован.

– Ну да, «КамАЗов», «Уралов», всяких.

– С вертикальным взлетом? – уточнил Генка.

– Да блин, вы слушать будете? – возмутился Серый. – Короче, везут такие продукты в кузове – хлеб там, масло, тушенка еще в бочках, и солдаты тоже в кузове, охраняют.