* * *

— Что там, Марк?

— Босс, дорога частично перекрыта, но проехать можно. Похоже на блокпост, только из деревьев. Пятёрка людей затаилась на обочине, слева по ходу движения. Ещё десяток расположились справа на холме, за которым начинается поворот к деревне. Тяжёлого оружия нет, излучения от сильных артефактов «птичка» не зафиксировала.

— Дозор, всё слышали? Берёте горца и выдвигаетесь к блокпосту. Далее, всё по плану, — произношу в гарнитуру.

— Принял, — прозвучал голос разведчика.

Про себя отмечаю, что застава не повлияет на скорость движения. Дорога — просто ужас! Полотно давно размыто и угроблено тракторами. На другом транспорте здесь просто не проедешь. Представьте себе месиво из глины, камней и кусков асфальта, перемежаемое огромными ямами. Чем-то похоже на одну дорогу в Тверской области, где я бывал в гостях. Только у нас в деревнях асфальта отродясь не было.

Я думал, что средняя скорость движения составит километров сорок в час и займёт часов шесть, максимум семь, с учётом двух технических остановок. В это время входит час, отведённый на переговоры с местными жителями.

Несколько деревенек мы проехали спокойно, без общения с аборигенами. Далее было два блокпоста, где пришлось беседовать с кхмерами. Горцев действительно предупредили, и они хотели просто пообщаться, заодно выпросить или обменять патроны. Наивные чукотские парни. У нас рейд, и кто же будет избавляться от боеприпасов перед боем? В итоге мы отделывались передачей небольших подарков в виде сухпайков, шоколада и витаминов, подготовленных заранее. Подобные остановки немного раздражали, но нельзя ссориться с фактическими союзниками.

— Босс, группа из десяти человек приближается с юга. Тащат две базуки и какой-то ящик, похожий на генератор для артефакта, — голос оператора отвлёк меня от размышлений.

Они идиоты? Нападать вдесятером на колонну из двадцати машин, из которых семь броневиков и пять пикапов со спарками — это самоубийство.

— Разведка, что с местными?

Судя по всему, пытаются нас задержать. Наш кхмер говорит, что здесь правят сторонники извращенцев, которые промышляют разбоем. Их предупредили о гостях, но ребята решили поживиться. Только не ожидали, что нас будет так много.

— Марк, атакуй приближающегося врага. Разведка, по сигналу уничтожаете людей на блокпосте. Берта, готовь свой аппарат и бей по холму. Группа поддержки, выдвигаетесь для нейтрализации диверсантов. Задача ясна?

Народ подтвердил, что услышал приказ. Получив сообщение оператора, сразу приказываю атаковать.

— Начали!

* * *

— Что будем делать с деревней? — задал вопрос, подошедший Ян.

Я как раз закончил допрос оставшихся в живых горцев, оказавшихся неплохо вооружёнными. Даже с учётом стареньких гранатомётов, автоматы и амуниция у разбойников были новыми. Но больше всего меня удивила дисциплина, столь редкая для регулярных армий региона. Тем более странно видеть её у бандитов. Ребята не разбежались, грамотно сопротивлялись, а остатки десятка, разбомблённого с воздуха, попытались ударить из базуки.

Теорема доказывалась просто — несколько месяцев назад село подмяла под себя группа кхмерских егерей, дезертировавших из армии. Позже к ним присоединились бойцы, сбежавшие от извращенцев чуть позже. Здесь была их база, кроме всего, ушлые товарищи установили контроль ещё над шестью деревеньками. Забавно, что ядро отряда составляли местные, и мирных жителей они не трогали. Более того, мы столкнулись с классической круговой порукой, когда большая часть населения работала на разбойников.