— Ты уверен, что и вправду хочешь жениться? Разве можно быть женатым, оставаясь моряком?

Боб посмотрел на нее. Они стояли под высоким вязом. Его лицо было в тени, а на нее падал свет уличного фонаря.

— Я уверен, что хочу жениться на тебе. Но я и море люблю.

— Вот, что я тебе могу сказать: я разговаривала с отцом, — медленно сказала Салли, — и он считает, что ты мог бы хорошо зарабатывать в страховом бизнесе, в его бизнесе. Он вообще говорит, что плохо, если человек с такими данными, как у тебя, все время находится в море, когда ты мог бы с ним заниматься бизнесом, продавать страховки как его партнер.

— Как ты думаешь, он даст мне работу после войны?

Салли кивнула. Она уже выиграла это сражение.

— Тогда, если ты не против, давай поженимся прямо сейчас.

— Я думаю, — сказала Салли Мергондаль, — это неплохая мысль.

Свадьба была назначена на утро воскресенья. Зазвонил церковный колокол, но большинство горожан в выходной вставали на час позже. А вот Боб встал рано. Он тщательно побрился, надел новенькую форму и спустился к завтраку.

Хозяйка пансиона была в восторге.

— Какой чудный день для свадьбы! Хотя день свадьбы всегда прекрасен. Я приготовила оладьи. Если утром поешь хорошо, то весь день пройдет как надо. Да! Тут же для вас письмо. Оно пришло еще в пятницу, но я в этой суете о нем позабыла. Извините! Оно переадресовано вам через старого мистера Форда, а значит, отправитель давно не был в городе. Ну, приятного аппетита! Я приду в церковь, ни за что не пропущу такое событие.

Боб вскрыл письмо от Джима. Он был рад получить от него весточку спустя столько лет. А еще он чувствовал себя немного виноватым за то, что не отвечал на первые письма от Джима. Весь свой скудный эпистолярный талант он расходовал на Салли.

Письмо было простым. Джим увольнялся со службы и надеялся вскоре увидеть Боба, может быть, в Нью-Йорке. И все.

Боб смял письмо, но что-то не давало ему покоя. Он наморщил лоб, пытаясь вспомнить. Но вспомнить так ничего и не смог. Память ничего ему не подсказала. Он метко швырнул письмо в мусорную корзину и поклялся себе, что ответит Джиму, как только вернется на корабль.

Глава 9

1

Джима демобилизовали не сразу. Его сначала отправили в госпиталь, расположенный в калифорнийской Сан-Фернандо-Вэлли, где его лечили и наблюдали. Под лучами жаркого солнца артрит отступил, но теперь Джим горел желанием уволиться из армии и об улучшении докторам не сказал ни слова. Он продолжал подчеркнуто хромать.

Джим часто ездил в Голливуд. Правда, к Шоу не заходил, потому что не получил ответа на свое письмо. Он решил, что Шоу по-прежнему живет с Питером и мириться с ним не собирается. Но он встретил режиссера по имени Сай. Тот сидел пьяный в баре, чуть не прижимаясь к какому-то моряку. Увидев Джима, Сай закричал:

— Ба! Да это же теннисный парнишка! — энергия в нем била через край. — Что новенького? Все еще в этой жеребячьей форме? А ты видел любимицу Америки?

— Нет. Еще не видел.

— Где ты теперь обитаешь?

Джим ответил.

— В госпитале?! Что с тобой? Твердый шанкр? Роковая болезнь, которую не осмеливаются называть по имени?

— Нет, артрит.

— Это серьезно?

— Не очень.