Негодование. Ошибка. Упрек.

Элли спрашивала себя: не разрушил ли убийца Меган и то лучшее, что девушка видела в своих родителях?

Мобильный в здании принимал неважно, поэтому, чтобы позвонить Максу, Элли вышла на улицу. Он ответил после первого же гудка.

— Привет.

— Привет.

— Слышал, ты на новом вызове.

— Ты что, за мной шпиона пустил? Может, нам стоит побеседовать и обозначить границы твоих полномочий?

— Никаких шпионов, — со смешком отозвался он. — Роган был рядом, когда получил твое сообщение.

— Да, как там дела с Бэндоном? А то Джей Джей по возвращении малость не в себе.

— Все прошло отлично. Бэндон, конечно, прикидывался принципиальным, дотошным и объективным. Разумеется, Роган не скупился на выражения до и после визита к нему в кабинет.

— Но по крайней мере в самом кабинете он вел себя прилично?

— Да, держался нормально. А чем занималась ты?

— Новым вызовом. Все еще выясняю, кто есть кто.

— Это значит, что ты позвонила не за тем, чтобы шепнуть милые пустячки мне на ушко.

— Милые пустячки.

— Ух ты, как эротично.

— Что ты можешь сказать мне о постах на веб-сайтах? — Она вкратце рассказала Максу о том, что узнала от Гунтеров, а также о вчерашней жалобе на «Кампус Джус».

— Похоже, коп, с которым Гунтеры говорили в участке, сделал все правильно, впрочем, ему следовало составить отчет, чтобы письменно зафиксировать жалобу.

— Мы не любим записывать то, что ни к чему не приведет. Если в прокуратуре сержанту сказали, что поделать с этим ничего нельзя, значит, только эту часть разговора он и запомнил.

— Так прокуратура была в курсе? — спросил Макс.

— По словам родителей, так им сказал сержант.

— И тебе нужны сведения, которые позволят идентифицировать автора. Правильно?

— Да.

— Хорошо. Дай мне даты, время и названия этих сообщений.

Элли пролистала бумаги, оставленные четой Гунтер, и продиктовала Максу нужные данные.

— Ладно. Я тут покопаюсь и, если что, сразу перезвоню.

— Спасибо.

— Милые пустячки достигли цели.

Возвращаясь в здание, Элли столкнулась с выходящим из дверей Роганом.

— Звонили из больницы. Соседка пришла в себя.

— Она выживет? — спросила Элли.

— Да. Хоть одной из них повезло.

Свернув за угол, на 14-ю улицу, Элли увидела, что на Юнион-сквер в самом разгаре типичная для обеденного времени суета — работает овощной рынок. Скейтбордисты, превратившие южную лестницу в арену для своих трюков, лавировали между покупателями, то и дело уворачиваясь от холщевых сумок, наполненных экологически чистой зеленью и помидорами. Владельцы собак натягивали поводки, оттаскивая своих подопечных от соблазнительно выложенных свежих продуктов. Лишь немногие прохожие останавливались поглазеть на скопление полицейских машин на углу 14-й улицы и Университетской площади.

— Ты за руль или я? — спросил Роган, разглядывая две одинаковые патрульные машины.

— Как обычно.

Забираясь на пассажирское сиденье «Краун Виктории», она услышала слова какой-то женщины, говорившей, заходя в банк, своей приятельнице:

— Да наверняка тут ничего серьезного. Сейчас так мало преступности, что полиции нечем заняться.

Глава 20

12.10

Километровый путь до больницы Сент-Винсент состоял из прямого броска на запад по 14-й улице и крутого левого поворота на 7-ю авеню.