Домой прибегаю, а дед, чувствую, скоро отмучается. Мыслефомы дает уже чуть видные. У нас закон такой есть, что если кто-то перед смертью что-то говорит, все запоминать и с точностью выполнять последнюю волю, даже если это полнейшая бредятина. Вот я, значит, и слушаю. Сконцентрировался, аж глаза все задергались. Помогаю ему, чтобы яснее выражался. Он мне и говорит что я, мол, последний на всей Земле остался (вот радости-то!) и что моя миссия возродить цивилизацию (что я сам размножаться буду что ли?). Надо мне оказывается оживить очаг вымершей культуры (конечно, какие проблемы!) и если я загублю последний шанс, то планета никогда не будет принята в Галактическое Сообщество, и что я и есть последняя возможность вышеупомянутой планеты (прекрасный выбор, я не спорю!). Еще он сказал, что мне надо немедленно приниматься за работу и возродить жизнь на погибающей Земле (да не волнуйтесь, пять минут, я все улажу!). Еще сообщил, что я должен разморозить анабиозный сектор, где собраны величайшие умы человеческой расы, образцы науки, культуры.... (длинный список, я его опускаю), якобы все это было в таком замороженном состоянии очень большое количество лет (такой цифры я, к сожалению, не знаю), что это они сами себя в спячку похоронили, значит, на крайняк, пока все умрут, а я один останусь и буду с ними носиться. Еще дед сказал, то они помогут мне возродить Землю, и что он в меня верит (спасибо, дедушка, спасибо, родной!). Еще он дал один дельный совет - чтобы я брал ту штуку, что в тряпочку завернута и шел на озеро. Там, говорит, главного найдешь и прибор этот совместишь со знаком и символами, тогда, мол, все хорошо будет, а потом что-то и вовсе непонятное понес и вдруг раз - и умер. И я остался один с дохлыми анабиозниками.

Посидел немного, погрустил, думаю, чего сидеть-то? От этого никто не разморозится. Полез в мешочек, достал штучку в тряпочке, развернул. Интересно стало. Там, в тряпочке лежала такая занимательная штучка! На жесткой веревке, за колечко держался рисунок, тот самый, не привлекательный, что у типа на лбу, только твердый и толстый. Ну, думаю, немного легче стало. Главное знаю, что теперь с чем совмещать, а если что не так, то уж извините, не привыкли мы земли спасать, как-то, знаете ли, впервой!

Попрощался с дедом, захватил мешочек с "Ракушками" и "Бутылочными стеклами" и пошел на озеро. Знал, что назад вернуться некуда будет. Трава все уничтожит, поэтому и пошел себе спокойно.

Нашел я на озере своего знакомого с расписным лбом, достал штуку, приложил к рисунку, чтобы все сходилось и сижу. Жду. Грустно, прямо сил никаких нет. Потом, вижу, вдруг, штука с рисунком вместе как засветятся, аж глазам больно стало и озеро таять начало. Знакомый задергался, задышал, оживать, должно быть начал. Потом все засветилось, наверное, до дна даже увидать можно было, только я не смотрел, на берег быстрее побежал. Думал только о том, что сейчас это все растает, и я упаду на это самое дно и костей никаких не соберу. На берегу, думаю, мне виднее будет, да и безопаснее. Стою, смотрю. Они повылазили, подоставали свои имущества, все дома свои, деревья, все кошки, собаки там разные (это я потом узнал, как что называется), кричат, суетятся, нервничают, бегают по сторонам, волнуются, что Земля такая ужасная стала. Обидно прямо! Ну, почему ужасная? Зелененькая вся, красивая. Потом меня заметили. Замолчали, аж хорошо стало. Прямо тихо так! Скучковались все, стоят, глазеют, потом Расписной Лоб подходить стал, так потихонечку, наверное, боялся что покусаю, что ли? Остановился на расстоянии, стоит. Смотрит снизу вверх. Потом такие странные слова произносить начал: "Приветствую тебя, последний сын Земли! Мы ученые, мы с миром! Ты понимаешь наш язык?" Понимаю, говорю, что ж тут непонятного и я, говорю, с миром, спасаю вот тут помаленьку.