— Ты, возможно… наверное, что-то слышал, — осторожно начал Дуг. — Про меня… слышал что-нибудь такое?

Фрэнк не ответил, словно пропустил мимо ушей.

— А потом он мне и говорит: «Священники не бьют своих жен».

Тут Дуг совсем растерялся.

— Ага, — Фрэнк кивнул. — Надеюсь, я буду первым, кто тебе об этом скажет. Да, я драчун. Напивался, становился злым и давай первую жену колотить. Молодец, правда? Хорош наставник. В конце концов она не выдержала и как-то ночью вызвала полицию, меня арестовали. Но если бы меня посадили, я не смог бы работать пожарным, зарплату не получал бы, так что она подала на развод без алиментов. — Фрэнк горько улыбнулся и тяжело выдохнул. — А я такой гордый был весь из себя. С той поры все вокруг перевернул. И этого засранца, который во мне сидит, задушил. — Он покачал головой. — Чертов Билли Т., — пробормотал Фрэнк, снова вставая. — Номер моего пейджера у тебя есть, если что.

Потрясенный Дуг поднялся вместе с ним.

— Фрэнк…

Наставник покачал головой, не найдя в себе сил посмотреть на Дуга.

— Осторожнее переходи дорогу, — добавил он и вышел на улицу.

34. Однозначно: спокойной ночи

Дуг снова обернулся, не вставая с места, чтобы разглядеть лица фанатов: некоторые, продвигаясь по рядам за домашней базой, тащили коробки с пивом, другие привалились к заднему ограждению, держа в руках карточки команд и закуски, которые продавали здесь же, на стадионе. Проводки, тянувшиеся от ушей, были всего лишь наушниками. И Дуг велел себе расслабиться.

— Что ты все ищешь? — спросила сидевшая рядом Клэр.

— Ничего, — ответил он, садясь прямо. Дуг купил ей настоящую куртку «Ред Сокс», потому что после пятой подачи стало прохладно. Ладони из рукавов кожаной куртки не торчали — Клэр грела руки. На шее поблескивало ожерелье. — Просто разглядываю толпу. «Парк близ болот» — это же целое событие. Отрабатываю уплаченные деньги.

Он посмотрел на поле, на широкую спину судьи, на Роджера Клеменса, который стоял на площадке питчера — настоящий ас, десять лет уже в игре. Клеменс закрылся перчаткой, чтобы никто не угадал направление удара, приготовился, сделал знак принимающему, чтобы переходил к другой базе. И вот разогнулся, подал мяч; тот скользнул по бите и ушел фолом прямо в защитный экран. Первые десять рядов дернулись, как чертики на пружинках.

— Мы от кого-то прячемся? — поинтересовалась Клэр.

— Что? — Дуг повернулся к ней.

Она пожала плечами под объемной курткой. Ей было любопытно.

— Ну не знаю.

Клэр заразилась от него боязнью преследования. В проходе появился продавец в желтой рубашке, Дуг тут же махнул ему, как будто все это время искал печенье «Крекер Джек».

— Ну вот.

— Я думала, что со временем вся эта таинственность исчезнет, — сказала Клэр, смягчая свои слова улыбкой. — Тебя так трудно понять. Ну то есть это, конечно, романтично и все такое. И билет на «Ред Сокс», оставленный на скамейке в моем саду. Но как-то это ненормально.

— Тебя это тревожит, да? Могу дать тебе номер моего телефона — без проблем. Просто меня дома не бывает. И автоответчика у меня нет.

Клэр покачала головой, показывая, что ничего от него не требует. К ним подошел парнишка со значком «$2,25» на кепке и лотком огромных пачек «Крекер Джек», Дуг с излишним усердием взялся за покупку печенья. Парнишка замешкался со сдачей. Пачка мятых купюр у него в руке привлекла недремлющее воровское око Дуга.