— После сверки вдм можно будет присвоить докторские степени, - заметила Шан.

— Вы не понимаете, что они от нас требуют, — заметил Куруши и вернулся к изучению неагрессивно захваченной выборки тканей. — И с нашей стороны никакого риска, правильно.

— Никакого риска, — согласилась Шан.

Она прошлась вдоль всего периметра базы. Тут не было никакой изгороди, и тем не менее периметр был четко определен. Даже Чампсиаукс, которому для исследований не требовалось ничего, кроме камней, три дня потратил, пытаясь понять, как возникла эта граница. А Шан могла всего лишь просто вытянуть руку, так чтобы та пересекла невидимую границу. И сразу же чувствовалось изменение состава атмосферы. При соприкосновении с воздухом за пределами базы волосинки на ее руке вставали дыбом, тут же напоминая, что барьер разделяет две экологически несовместимые вселенные.

Прогулявшись вдоль барьера, она увидела вдали кого-то в камуфляжной форме. Приглядевшись, она решила, что это Адриан Беннетт. Может, у него и в самом деле не было подходящей одежды, чтобы слиться с оранжево-синим ландшафтом. В камуфляжном костюме, предназначенном для джунглей, он был виден издалека, словно цветное пятно.

— Я думала, вы наденете «хамелеоны», — заметила Шан, подходя поближе.

— Добрый день, суперинтендант. — Он всегда только так приветствовал Шан. Она же отлично различила биоэкран на его ладони, несмотря на то что изображение на нем едва можно было разглядеть в дневном свете. Для этого ей пришлось прищуриться. Но даже так она не могла прочитать, что там высвечено, к тому же она не хотела выглядеть слишком навязчивой. Шан всегда задавалась вопросом: если в человеке так много биотехнологий, то сколько же человеческого в нем осталось? Тем не менее она попыталась отогнать все подобные мысли. — Не стоит активировать ваш компьютер. Думаю, ваше появление тут выглядит несколько агрессивно. — Беннетт убрал наладонник в нагрудный карман, и тут же вокруг заиграли синие и янтарные тени.

— Видите? Я тут ни при чем.

Костюм поблек, превратившись в обычную зеленую форму. На какое-то мгновение фигура пехотинца стала расплывчатой, хотя он стоял совершенно спокойно. Шан заговорила первой, скорее стараясь разрушить тягостную тишину, чем из-за желания продолжить разговор.

— Какова ваша специальность, сержант?

— Горы и Арктика, мэм.

— Тогда я пожелаю вам удачи.

— Местность тут очень похожа на высокогорные районы. — Он загадочно улыбнулся и побрел в сторону лагеря. — Настоящий экстрим.

— Я хотела бы спросить у вас: каковы ваши ощущения, ведь вы находитесь под командой другого мундира?

— Никаких проблем. Раньше мне часто приходилось работать бок о бок с полицией. Антитерроризм, гуманитарная помощь, эвакуация…

— Я имела в виду командора.

— Мы много работали с военно-морскими силами, мэм. Очень долго. Это все в миниатюре напоминает корабль, если, конечно, вам не претит такое сравнение. Офицеры флота командуют нами, доставляют к месту высадки, объясняют, как развернуться. Нет никакой разницы с тем, что происходит сейчас, — если не считать того, что мы начисто лишены сувениров из-за ограничения во взятии образцов. К тому же вторая моя профессия — пилот. Исмату Куруши так же скучно, как и мне.

— Почему?

— У него вторая специальность — минер.

— Мило. Будем надеяться, что нам это не пригодится. А что есть на вооружении у ваших?

— Многофункциональная винтовка ESF670, хороша в обороне и проста в обращении.

— Заряды?

— Гранаты и пластиковые пули.