— Могут быть глубиной до нескольких метров, — ответил Джош, не поворачивая головы. — Попадете в них и утонете.

Месеви и Райат ничего не сказали, но Шан заметила, как дружно подтянули они рюкзаки, словно проверяя их баланс. У Беннета и Бекена были металлические шесты — очевидно, стандартный предмет для прогулок по болотистой местности. Шан с удивлением встретила подобную предосторожность. Она привыкла к цивилизованной, застроенной городами Европе. Там эти палки пригодились бы только в том случае, если бы нужно было заехать кому-то в ухо.

— Для чего эти палки? — шепотом спросила она у Беннетта. От него пахло мылом и дорогим парфюмом. — Для того чтобы мерить глубину?

— Нет, мэм. Для того чтобы выбраться из трясины.

Трясина… или, точнее, болото выглядело обманчиво. Местами цвет его был столь же насыщенным, а поверхность столь же совершенной, как у зеленого мяча для боулинга. Однако местами темнели омуты, напоминая о реальной опасности этого места. Без сети тенет — растительных дорог — настоящей паутины, растянувшейся по всей поверхности, болото стало бы реальной преградой между колонией людей и остальной частью острова.

Время от времени Месеви и Райат останавливались взять пробу грунта и изучить полученные данные. Джош в такие моменты всегда был рядом с ними, внимательно наблюдая за тем, что они делали. Месеви разворачивала рулон белой ленты, отрывала десятисантиметровую полосу, предварительно надев на руки специальные перчатки, и осторожно проводила этой лентой по поверхности болота.

— Так будет нормально, Джош? — всякий раз спрашивала она. — При таком методе сбора образцов для анализа я получаю лишь поверхностные клетки.

Джош, казалось, был удовлетворен тем, что пробы брались «неагрессивно». Само же болото все происходящее, казалось, ничуть не волновало.

— Прекрасно, — всякий раз говорил он, когда Месеви останавливалась у следующего участка иного цвета и вновь проделывала всю процедуру. Райат просто следовал за ней. Выглядел он несчастным. Неожиданно он споткнулся.

— Будь поосторожнее, — предостерег Бекен. — Не спеши. Или ты хочешь, чтобы мы вылавливали тебя из трясины, словно инопланетную рыбу?

«Не уверена, что нам это удалось бы, — подумала Шан. — Презренный дерн. — Она достала свою шебу и проверила, фиксирует ли та маршрут, которым им придется возвращаться в лагерь. Эдди был занят на линии и подкачал свою звуковую копию. — Один Бог знает, как он сумел набрать так много материала для истории просто из создания лагеря, монтажа модулей и созерцания оранжевой травы, растущей вдалеке. Нужно дать ему премию за изобретательность».

Беннетт повернулся и остановился, поджидая суперинтенданта. Нервно улыбнувшись, он пропустил ее вперед. В этом месте дорога стала всего в полметра шириной.

— Ничего себе, — пробормотала Месеви. Потом она показала пальцем. Впереди, сверкая на поверхности трясины, словно лосось, выпрыгивающий из воды, поблескивал какой-то прозрачный лист. Шан, сканируя, повела шебой.

— Арас называет это шевеном, — объяснил Джош. — Лучше держаться от них подальше. Они окутывают жертву, так как обычно они больше, много больше. А потом они переваривают вас заживо.

— Высасывают насухо, вы хотите сказать.

— И часто тут такое происходит? — поинтересовался Беннетт. Шан уже упоминала при нем о скальном бархате, и идея о том, что его могут съесть заживо, казалось, не слишком обрадовала его. Он едва ли не дрожал. — Разве в этом мире нет каких-нибудь пушистых, безопасных зверушек?

Джош не ответил.

Они долго наблюдали, как шевен колыхался на водяной поверхности подобно полиэтиленовому пакету.