Эта точка зрения была принята советскими историками. М. Н. Покровский, именовавший волнения 1113 г. революцией, полагал, что инициатива приглашения Владимира Мономаха в Киев, шла сверху. Большинство современных исследователей Киевской Руси считают Мономаха ставленником знатных и богатых. К числу их относятся Б. Д. Греков, В. В. Мавродин, И. И. Смирнов, Б. А. Рыбаков, П. П. Толочко и др. Промежуточную позицию занял Л. В. Черепнин. Он писал: «Очевидно, решение о призвании Мономаха в Киев было принято представителями господствующего класса (местного боярства и верхов городского населения), но оформлено в виде вечевого постановления».

Мысль о появлении Владимира Мономаха в Киеве по воле боярства оказалась для некоторых исследователей настолько привлекательной, что для подкрепления ее они приводили подробности, отсутствующие в источниках. По словам Б. Д. Грекова, «Киев не был вотчиной Мономаха. Владимира выбрало вече, собравшееся на этот раз не на площади, где господствовал восставший народ, а в храме св. Софии, вместившем в себя боявшуюся народного гнева „степенную“ публику». В другой работе Б. Д. Греков о вече вовсе не упоминает, сводя все к собранию верхов в Софийском соборе: «Напуганная (восстанием. — Авт.) феодальная знать и торгово-ремесленная верхушка Киева собралась в храме Софии и здесь решила вопрос о приглашении на княжение Владимира». В первом случае автор, рассуждая о собрании «степенной публики» в храме Софии, ссылается на «Историю Российскую» В. Н. Татищева, а во втором уже без всяких ссылок заявляет о нем как о бесспорном факте. Но в «Истории» В. Н. Татищева нет сведений о собрании бояр и верхушки посада в киевской Софии. В обеих редакциях его «Истории» сообщается о том, что киевляне пришли «к церкви святой Софии», сошлись «у святыя Софии». Текст первой редакции: «По смерти Святополка кияне, сошедшеся на вече у святыя Софии, избраша вси на великое княжение Владимира Всеволодовича». Во второй редакции сказано: «По смерти его (Святополка. — Авт.) киевляне, сошедшись к церкви святой Софии, учинили совет о избрании на великое княжение, на котором без всякого спора все согласно избрали Владимира Всеволодовича». В. Н. Татищев пишет именно о «всеобсчем избрании» Владимира на княжение киевское.

Б. Д. Греков не только прошел мимо этого красноречивого указания историка, но и приписал ему известие о собрании знати в храме Софии, тогда как у него речь идет о сходке киевлян возле церкви.

Надо заметить, что М. Н. Тихомиров в свое время выразил серьезные сомнения насчет правомерности утверждения Б. Д. Грекова о собрании феодальной знати и торгово-ремесленной верхушки Киева в храме Софии. «Источники, — подчеркивал М. Н. Тихомиров, — об этом ничего не говорят».

С. Л. Пештич указывал на то, что известие В. Н. Татищева о месте избрания Владимира Мономаха киевским князем было усилено Б. Д. Грековым, который, не довольствуясь татищевским сообщением о собрании киевлян у церкви Софии, перенес это собрание внутрь храма. На неточность передачи Б. Д. Грековым «татищевского известия» обращал внимание И. И. Смирнов.

Несмотря на все эти замечания, Б. А. Рыбаков повторил ту же неточность, придав ей еще более законченный концептуальный характер: «17 апреля 1113 г. Киев разделился надвое. Киевская знать, те, кого летописец обычно называл „смысленными“, собралась в Софийском соборе для решения вопроса о новом князе. Выбор был широк, князей было много, но боярство совершенно разумно остановилось на кандидатуре переяславского князя Владимира Мономаха.