Он взглянул на прелестные черты ее лица, на нежные изгибы тела, на шелковистые волосы, напоминающие цвет пламени. Она обладала красотой богини, чувственной притягательной силой сирены. Она была Майей, индийской богиней несбыточных желаний. Она была совсем не такой, как он думал, но его влекло к ней, как никогда не влекло ни к одной женщине.

Однако Майя была также и демоном. Если бы он, желая ее наказать, причинил ей боль, то в результате больнее было бы не ей, а ему.

Она вернула ему пустой стакан, и он заметил, что руки у нее больше не дрожат, а значит, афродизиак уже начал действовать.

В ее глазах больше не было страха, взгляд стал томным, нежным, манящим. Ее тело уже не было напряженным, и, когда он поставил стакан на туалетный столик, она качнулась к нему, не отводя взгляда от его губ. Когда она облизнула розовым язычком свои губы, его сердце замерло, а мужское естество запульсировало от нетерпения.

Зелье сделало свое дело. Теперь она принадлежала ему и была готова делать все, что он пожелает. Развернув ее лицом к зеркалу, он стал, наблюдая за ней, снимать оставшиеся предметы одежды. Он поставил одну ее ногу на банкетку, потом, опустившись на колени, снял один за другим чулки, поцеловав невероятно привлекательный подъем маленькой ножки, и услышал, как она застонала.

На ней остались только корсет и панталоны. Вспомнив о своих фантазиях в тот день, когда она растянула лодыжку, он провел ладонью вверх по изящной ножке и, дойдя до отверстия в панталончиках, запустил руку внутрь и принялся осторожно поглаживать, убеждаясь, что там уже влажно, как он ожидал.

Зелье сделает за него часть его работы. Он пытался не думать о том, что предпочел бы чувствовать ее естественные реакции, а не те, которые вызваны зельем, приготовленным Самиром из индийских трав.

Она стала двигаться навстречу его руке, но он замер, не желая, чтобы она достигла кульминации раньше времени. Потом он поднялся на ноги и, откинув назад ее голову, поцеловал ее. Она прижалась к нему всем телом, приподнялась на цыпочки и ответила на поцелуй. Почувствовав, как ее маленький язычок скользнул в его рот, он содрогнулся.

Ему хотелось повалить ее на пол, расстегнуть брюки и сразу же овладеть ею.

Но он снял с нее оставшуюся одежду, целуя каждый дюйм кожи, открывавшийся взгляду, и вдыхая ее нежный цветочный аромат, смешавшийся с мускусным запахом ее желания. Он поднял ее на руки, отнес на кровать и положил посередине. Потом, на короткое время оставив ее одну, снял с себя одежду и лег рядом.

Как только он прикоснулся к ней, она немедленно оказалась в его объятиях и принялась целовать его с такой страстью, что Грей чуть было не утратил контроль над собой. Зная, как действует зелье, он дал ей лишь слабую дозу. Он понял, что дело не только в зелье, но и в женщине, которой он дал это зелье. Пусть ее зовут Корали, а не Летти, но это все то же страстное создание, которое с таким нетерпением реагировало на его ласки прежде.

Он был не из тех, кто легко доверяется людям, но к Летти он относился с доверием, пока Корали все не разрушила.

Однако когда он вошел в ее соблазнительное, манящее тело и начал двигаться внутри, все остальное отступило и ушло на второй план. Он почувствовал такое возбуждение, какого от себя не ожидал.

Он принялся целовать ее так жадно, как будто не мог насытиться, и она отвечала ему с таким же самозабвением. Он возбуждался все сильнее, приближаясь к точке наивысшего наслаждения. Но он не поддался своему страстному желанию, пока она не достигла пика и не выкрикнула его имя. И только после того, как это произошло второй раз, он позволил себе достичь кульминационной точки.

Медленно опускаясь с небес на грешную землю, Грей лежал возле жены, которую не знал, и, чувствуя, как снова возбуждается, с удивлением подумал, что хоть это и кажется невероятным, но, едва успев удовлетворить страсть, он хочет все повторить.