– Скоро узнаешь, – пообещал Макрон. – Когда она сказала, что ты сам придешь к нам в ловушку, я не поверил – но вот ты здесь. Она предвидела, что тебе не справиться с Горящим Лабиринтом. Ну что ж. Группа «Военного безумия», убейте сатиров и задержите бывшего бога!

Автоматоны двинулись вперед.

В тот же миг я заметил красновато-зеленовато-коричневое пятно под потолком – тень, похожая на сатира, спрыгнула с ближайшего стеллажа, зацепилась за светильник и влетела прямо в надувную лодку, подвешенную над головой Макрона.

Не успел я крикнуть «Гроувер Ундервуд!», как лодка обрушилась на головы Макрона и его слуг, окунув их в скидки по-настоящему. Гроувер выскочил из лодки с веслом в руках и завопил:

– Быстрее!

Поднятая им суматоха дала нам пару мгновений, но двери были заперты и бежать можно было лишь в глубь магазина.

– Отлично сработано! – хлопнул Хедж Гроувера по спине, когда мы неслись по отделу с камуфляжной одеждой. – Я знал, что ты нас не бросишь!

– Да, вот только тут вообще ничего природного нет, – пожаловался Гроувер. – Ни растений. Ни земли. Ни естественного света. Как нам сражаться в таких условиях?!

– Пушки! – предложил Хедж.

– В том отделе пожар, – сказал Гроувер, – скажите спасибо «коктейлю Молотова» и коробкам с боеприпасами.

– Проклятье! – выругался тренер.

Когда на пути нам попался стенд с товарами для боевых искусств, глаза Хеджа загорелись. Он быстро сменил крокетный молоток на нунчаки:

– Другое дело! Ребята, вы что хотите: сюрикэны или кусаригама?

– Я хочу смотаться отсюда! – ответил Гроувер, потрясая веслом. – Тренер, хватит планировать атаку! Ведь у вас семья!

– Думаешь, я не знаю?! – зарычал тренер. – Мы пытались жить мирной жизнью у Маклинов в Лос-Анджелесе. И посмотри, что из этого вышло.

Я понял, что уехать из Лос-Анджелеса их заставили серьезные обстоятельства, и не зря Хедж говорит об этом с такой горечью, но пока мы бежали от врагов по военному магазину, задавать вопросы было не с руки.

– Давайте поищем другой выход, – предложил я. – Поспорим об оружии ниндзя на бегу.

Такой компромисс, похоже, устроил их обоих.

Мы промчались мимо надувных бассейнов (они-то как затесались среди военных товаров?), завернули за угол и увидели впереди – в дальнем углу магазина – двустворчатые двери с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА».

Гроувер и Хедж припустили вперед, а я бежал следом, задыхаясь и едва за ними поспевая. Где-то рядом загремел голос Макрона:

– Тебе не уйти, Аполлон! Я уже позвонил Коню. Он с минуты на минуту будет здесь!

Коню?!

Почему это слово отозвалось в моем теле жутким си-мажорным аккордом? Я пытался найти ответ в своих смутных воспоминаниях, но ничего не вышло.

Первое, о чем я подумал: может быть, «Конь» – это такой псевдоним? Вдруг императору служит какой-нибудь злой борец в черном атласном плаще, блестящих шортах из спандекса и шлеме в виде конской головы?

Затем я подумал: а почему это Макрон может позвонить и вызвать подкрепление, а я не могу? Средства коммуникации, которыми пользуются полубоги, уже который месяц глушили магией. Телефоны ломались от короткого замыкания. Компьютеры плавились. Почта Ириды и волшебные свитки не работали.