Несмотря на эти благоприятные перспективы, критянин чувствовал себя не в своей тарелке. Он предпочел бы сразиться в открытом поединке или напасть на пиратов в море... Ему не нравилось лезть в склепы, но он все же переборол свой страх и не отступил.

Вскарабкавшись по крутому склону, он сунулся в первую гробницу с довольно высоким потолком, стены которой были украшены лицами, отдающими почести Эхнатону и Нефертити. Осторожными шагами стражник продвинулся в глубину склепа, но не обнаружил ни мумии, ни следов человеческого присутствия, ни демонов.

Успокоившись, критянин обследовал вторую гробницу, такую же обманчивую, как и первая. Слабая скала рассыпалась; высеченные на стенах сцены из жизни богов не переживут, конечно, столетия. Взлетели потревоженные летучие мыши.

Старик, давший ему сведения, несомненно бредил, однако посланец Серраманна решил посетить еще два или три больших склепа, прежде чем оставить это покинутое место.

Здесь все было мертво.

Пройдя вдоль скал, которые возвышались над равниной, где был воздвигнут город Солнца, он проник в гробницу Мерире, верховного жреца Атона. Барельефы в ней были тщательно отделаны. Критянин залюбовался изображением царской четы, освещенной лучами солнца.

За спиной критянину послышался легкий шум шагов.

Прежде чем стражник успел повернуться, маг Офир перерезал ему горло.

— Вы не имели права, Офир, вы не имели права...

— Прекратите охать, Меба.

— Вы только что убили человека!

— А вы были свидетелем убийства.

Взгляд Офира был таким угрожающим, что Меба отступил и растворился в глубине гробницы. Он хотел убежать от этих глаз с невообразимо жестоким взглядом, которые преследовали его во мраке.

— Я знаю этого проныру, — заявил Шенар. — Он один из наемников, оплачиваемых Серраманна, чтобы охранять Рамзеса.

— Стражник, пущенный по нашему следу... Сард, должно быть, знает о Лите и пытается получить сведения. Присутствие этой ищейки подтверждает, что задействованы немалые силы.

— Это проклятое место для нас не безопасно, — сделал вывод Шенар.

— Не будем поддаваться панике; любопытный больше не заговорит.

— Все же ему удалось добраться до нас... Серраманна сделает то же самое.

— Только один болтун мог открыть наше укрытие: опекун Литы, тот, кого жители в поселке принимают за знахаря. Старый идиот умирает, но у него еще хватит сил нас предать. Этим вечером я займусь им.

Меба посчитал себя обязанным вмешаться.

— Вы не совершите еще одно убийство!

— Выйдите из темноты, — приказал Офир.

Меба заколебался.

— Быстрее.

Помощник верховного сановника приблизился. Нервный тик кривил его губы.

— Не прикасайтесь ко мне, Офир!

— Вы наш союзник и мой подчиненный, не забывайте об этом.

— Конечно, но эти убийства...

— Мы не в уютном помещении вашего ведомства. Вы принадлежите к группе людей, у которой одна задача — противостоять мощи Рамзеса, дабы уничтожить ее и помочь хеттам победить Египет. Вы полагаете, что для этого достаточно дипломатических хитросплетений? Однажды вам тоже придется уничтожить противника, угрожающего вашей безопасности.

— Я помощник верховного сановника и я...

— Вы сообщник убийцы этого стражника, Меба, нравится вам это или нет.

Меба снова посмотрел на труп критянина.

— Я не думал, что он придет сюда.

— Теперь вы это знаете.

— Нас прервали, — напомнил Шенар, — тебе удалось, Меба?

— Да, мне удалось.