Слуга предупредил императора, что к нему прибыл посетитель. Последний прошел многочисленные посты охраны, прежде чем достичь апартаментов императора, окруженных резервуарами с водой, конюшнями, оружейной мастерской и казармой.

Муваттали любил принимать гостей в зале с темными и строгими колоннами, украшенными памятным оружием — символом побед хеттской армии.

Тяжелые четкие шаги Урхи-Тешшуба можно было узнать среди тысяч. Высокий, мускулистый, крепкий, с длинными волосами, он выглядел как суровый воин, всегда готовый ринуться в бой.

— Как ты себя чувствуешь, сын мой?

— Плохо, отец.

— Однако твое здоровье кажется превосходным.

— Вы меня звали, чтобы смеяться надо мной?

— Не забывай, с кем ты разговариваешь!

Урхи-Тешшуб усмирил свое высокомерие.

— Простите меня, моя душа в смятении.

— От чего?

— Потому что я был главой победоносной армии. А теперь низведен в ранг подчиненного. Поставлен под командование Хаттусили, побежденного при Кадете!

— Без Хаттусили не было бы союзной армии.

— Для чего она нам нужна? Если бы вы доверяли мне, я бы победил Рамзеса!

— Ты упорствуешь в своем заблуждении, сын мой; зачем без конца вспоминать прошлое?

— Прогоните Хаттусили и передайте мне командование!

— Хаттусили — мой брат, он уважаем нашими союзниками и пользуется расположением торговцев, без которых ослабла бы наша военная мощь.

— Итак, что вы предлагаете мне?

— Забыть ссоры и объединить усилия, чтобы спасти страну.

— Спасти страну... Но кто ей угрожает?

— Вокруг нас меняющийся мир; мы не победили Египет. Некоторые союзы могут распасться быстрее, чем я предполагал.

— Я ничего не понимаю в этой речи! Я рожден, чтобы сражаться, а не для того, чтобы плести интриги.

— Поспешные и неверные выводы, сын мой. Если мы хотим установить господство на всем Ближнем Востоке, начнем с устранения внутренних разногласий. Есть спасительный и необходимый шаг: примирение с Хаттусили.

Урхи-Тешшуб стукнул кулаком по одной из колонн.

— Никогда! Никогда я не соглашусь унизиться перед этим ничтожеством!

— Положим конец раздорам, и мы станем более сильными.

— Заточите вашего брата и его жену в храм и дайте мне приказ напасть на Египет: вот спасительный шаг!

— Ты отказываешься от примирения?

— Отказываюсь.

— Это твое последнее слово?

— Если вы устраните Хаттусили, я стану вашим верным помощником. Я и армия.

— Сын, торгующий своей любовью к отцу?

— Вы много больше, чем отец, вы — император хеттов. Только интересы державы должны диктовать нам решения. Моя позиция правильная, в конце концов, вы признаете это.

Император казался усталым.

— Может быть, ты и прав... Я должен подумать.

Выходя из зала для приемов, Урхи-Тешшуб был уверен, что убедил отца. У стареющего императора, не будет другого выбора, кроме как предоставить ему полную власть, прежде чем оставить трон.

Два человека спустились по лестнице. Маленький, одетый в просторное платье из разноцветной ткани, с браслетом на левом локте, Хаттусили выступал впереди императора.

— Как холодно, — пожаловался Муваттали, запахивая полы своего шерстяного одеяния.