Игорь закрыл лицо рукой, чтобы не выдать своего разочарования:

— У нас так все хорошо складывалось… Прогулки под звездным небом, бесконечные разговоры. Мне казалось, что мы начали понимать друг друга, и вдруг… — Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Губы его задрожали. От еле сдерживаемого смеха. Девушка же подумала, что Игорь вот-вот разрыдается. — Как это могло произойти?.. Чебрец! Не уследил… Выпустил из рук птицу счастья…

«Мама родная, что я несу? — с какой-то залихватской удалью подумал Игорь. — Клавдия Васильевна меня бы на смех подняла. Или похвалила?..»

— Не отчаивайтесь, — робко успокаивала его Аня. — Через это должен пройти каждый. Сейчас вам тяжело, но через какое-то время вы…

— Кто он? — Игорь вскричал так громко, что девица невольно отшатнулась. — Умоляю, назовите мне имя этого подонка!

— Да не знаю я!.. Этот тоже все допытывался — кто да что? И с чего вы взяли, что я должна быть в курсе Иркиных любовных похождений? Она мужиков меняет чаще, чем нижнее белье! Не удивлюсь, если эта рязанская красавица сейчас в Сочи прыгает на волнах вместе со своим очередным хахалем.

— Она просила, чтобы я свозил ее на море, — закрыв лицо руками и раскачиваясь из стороны в сторону, трагически простонал Игорь. — Но я не мог отлучиться с работы. Идиот!

— Вот вам пожалуйста, — с ехидством сказала Аня. — Журавлева всегда достигает своей цели, любыми средствами. Было бы из-за кого слезы проливать. Не вы у нее первый, не вы последний.

— Нет! Я жить без нее не могу! — твердо заявил Порогин.

«А интересно, вот Клавдия Васильевна, — весело подумал он, — как бы она оценила мои актерские способности?»

— Оставьте свой телефон, — предложила девица, — и я сразу же вам сообщу, когда Ирка объявится. Здесь вы ее и накроете.

И опять в ее словах проскользнул ненавязчивый намек. Насчет телефона.

— Я должен найти ее сейчас, сию же минуту! Наверняка вы знаете какую-нибудь зацепочку! Общие знакомые там, приятели, знакомые приятелей. Не может же человек бесследно исчезнуть! — отталкиваясь от пола ногами, Игорь подъехал на кресле к конторке и с мольбой посмотрел Ане в глаза. — Я схожу с ума… Спасите…

В этот момент из массажного кабинета выкатилась тетенька необъятных размеров. Распаренная, расслабленная, вся какая-то желеобразная, она долго рылась в сумочке из крокодиловой кожи, прежде чем положила перед администратором зеленую бумажку. Это была купюра в сто американских долларов.

— Спасибо вам, родные мои! — громовым голосом поблагодарила она застывших в низком поклоне молоденьких девочек-массажисток. — Чувствую чертовски приятную расслабленность, будто заново родилась. Завтра в это же время! — И, тяжело перебирая тумбообразными окорочками, она заковыляла к выходу. Через несколько секунд с улицы послышался мягкий визг отъезжающей иномарки.

— Это жена директора банка, — сообщила Аня. — Приходит сюда каждый день и платит по сто долларов, хоть массаж стоит всего пятнадцать.

— И много у вас таких посетительниц?

— Порядочно. В основном жены банкиров, бизнесменов, директоров крупных предприятий. Мужья целыми днями на работе торчат, а их любимые супруги со скуки дохнут, не знают, чем себя занять. Ну скажите, зачем этой старой калоше массаж?

— А мужчины к вам заходят?

— Намного реже, но все они такие привереды! Хуже баб! Особенно если богатые.