— Проклятие, — оценил обстановку Хендрик. Томм согласно кивнул:

— Вот и я подумал! Я помчался к матушкиному дому. Она живет на самом верхнем этаже. Я прыгал по лестнице через три ступеньки и молился: «Только бы с ней ничего не случилось!». Никогда бы себе этого не простил!

Томм тяжело дышал, как будто только что взбежал на последний этаж.

— Итак? — не выдержал Симпликс. Все мы придвинулись поближе к лудильщику, чтобы не пропустить ни слова.

— Я постучал в дверь, — сказал Томм, и его нижняя губа задрожала.

— И…? — прошептала Эли. Ее прелестное лицо, обрамленное сияющими волосами, излучало мягкий свет сострадания.

Томм продолжил замирающим шепотом:

— И… моя добрая старая матушка открыла мне. Эбенезум нервно выдернул из бороды очередной волосок.

— Вот как! Так в чем же дело? — спросил учитель и посмотрел на лудильщика твердым взглядом, который, похоже, вернул парню самообладание. Он продолжал уже гораздо более спокойным голосом:

— Матушка велела мне вести себя тихо. Она сказала, что у нее в доме какой-то… паразит. Тут я заметил, что в руках она почему-то держит зонтик. Паразит? Должно, быть, мышь или какое-нибудь крупное насекомое, с которым я легко справлюсь. У матушки глаза уже не те, что раньше, так что уж если она разглядела его, то я уж точно… Но когда я увидел этого… паразита… — Томм замолчал.

— Ну? — Нори протянула к лудильщику руки, словно намеревалась вытащить из него продолжение рассказа. Долго ли еще он намерен держать нас в напряжении? Похоже, Нори, как и мне, ужасно хотелось как следует встряхнуть этого парня и вытрясти из него окончание истории.

— Сначала я услышал голос, — наконец сжалившись над нами, еле слышно произнес Томм. — Если, конечно, можно назвать это голосом. С первых же слов стало понятно, что говорит не человек! Это напоминало то ли скрип несмазанных железных ворот, то ли хруст — как будто великан какой крушил все на своем пути. А вы бы послушали слова!

— Это Гакс! — воскликнул я. Итак, Томм нарвался на ужасного рифмующего демона.

Учитель сделал мне знак замолчать и велел юноше продолжать.

— Так вам знакомо это страшное существо? — в ужасе спросил Томм. — Что ж, тогда вам, наверно, будет понятна охватившая меня слабость. И все же я вошел, готовый сразиться с любым негодяем, вторгшимся в мамино жилище. В конце концов, я без пяти минут волшебник! Мне лишь три зачета осталось до диплома. Храбро шагнув на балкон, я увидел… огромного демона! Как я понял, некоторые из вас уже знакомы с Гаксом. Нет нужды рассказывать вам о его ярко-голубой чешуе, о страшных зубах и острых когтях. Может быть, если бы у меня было время немного попривыкнуть к его внешности, я бы и сумел наладить с ним контакт, но, понимаете, моя матушка… Слова застряли у Томма в горле, но на этот раз он довольно быстро справился с собой.

— «Где этот паразит? — закричала матушка. — Сейчас я покажу, что случается с теми, кто без спросу объявляется на моем балконе!» И она замахнулась на демона зонтиком. А он страшно оскалился и прорычал: «Я не любитель строптивых старушек! И все же придется сейчас тебя скушать!» Ну что мне оставалось делать? — вздохнул Томм. — Мама — женщина с характером!

— Уф-ф! — запыхтел Снаркс из-под своего капюшона. — Он когда-нибудь закончит?

Томм покачал головой:

— Честно говоря, мне и в голову не пришло сотворить какое-нибудь заклинание. Я думал лишь о спасении моей дорогой матушки, которая тем временем изо всех сил лупила зонтиком по голове монстра.