Черные мушкетеры, к слову сказать, оказывается, тоже знали строй – положив тяжелые мушкеты на плечи, выстроились в колонну и дружно затопали следом за солдатами Ланца…

Шагая, дружно запели солдаты. Воины футу косились на них с улыбками – они и сами любили петь, правда, вот одновременно петь и ходить строем пока не умели.

Наемники пели. Черные воины улыбались. Командир черных мушкетеров футу Олонго Оконфа пытался сохранять серьезность. Так и шли… Развевалось на ветру красное датское знамя.

Вскоре впереди послышались выстрелы.

– Отставить песню! – распорядился Ланц и тут же оглянулся на Бутурлина в ожидании приказа.

– Ланц, берите плутонг и футу. Капитан Олонго, вы слышали?

Олонго немного понимал пошведски, именно на этом языке и обратился к нему Никита Петрович.

– Да, – кивнул черный капитан, – Я понимаю.

– Подойдите скрытно. Ланц скажет, когда стрелять.

Приложив руку к сердцу, чернокожий вождь молча поклонился и, обернувшись к своим, чтото сказал. Воины вскинули мушкеты на плечи…

– За мной! – скомандовал Ланц.

Через пару минут отряд скрылся за деревьями. Бутурлин усмехнулся:

– Пора и нам.

Оставшиеся с ним солдаты были вооружены саблями, пистолетами и короткими кавалерийскими ружьями – оружие, больше подходящее для ближнего боя.

– Держимся ближе к морю, – быстро объяснил Никита Петрович. – По возможности, прячемся за камнями. Стреляем по готовности. Команды не ждем! Ясно?

– Ясно, господин капитан!

Вытянувшись, капрал махнул своим людям…

Впереди уже вовсю трещали выстрелы, а вот артиллерийской канонады было не слышно – противник опасался попасть в своих. Что же, тем лучше…

– Вот и корабли! – кивнул идущий впереди капрал.

За скалой показалось море и три шведских корабля. Один – большой, с новой бизанью, и два поменьше, фрегаты. Опустив паруса, суда стояли на рейде, ветер развевал синие, с золотыми крестами флаги.

Все три корабля были здесь, в западной бухте. Кто же тогда наступал восточнее? Быть может, это совсем не враги? Ладно, Карлофф разберется, человек опытный…

За небольшим мысом совсем неожиданно показались враги – шведские мушкетеры в серых шляпах и щегольских колетах из оленьей кожи. Враги живенько перезаряжали мушкеты, как видно, успев сделать залп, а то и не один.

Чуть дальше от моря велась перестрелка из пистолетов, а коегде уже завязалась и рукопашная сватка – сверкали на солнце плащи и сабли, слышались крики и брань!

Датские наемники знали свое дело – подкравшись, тут же окрыли огонь и, побросав пока что ненужные ружья, тут же ринулись в бой!

– Урраа!

Пошли в ход палаш и абордажные сабли. Враги не ожидали атаки с фланга, но это оказались опытные вояки, не растерялись. Правда, оборону занять не смогли, у них просто не было времени.

Бутурлин тоже ввязался в схватку. В упор разрядив оба пистолета в бросившихся на него врагов, Никита Петрович выхватил шпагу. Тяжелый боевой клинок все же смотрелся легкой игрушкой по сравнению с палашом мушкетера. Занося для удара руку, враг уже смеялся, топорщил жиденькие усы, предвкушая победу… Какое тут, к чертям, фехтование! Один удар и…

Да, Господи, капитан вовсе не собирался подставлять свою шпагу под мощный удар палаша. Вот еще! Опытный фехтовальщикдиестро, Бутурлин просто сместился чуть влево, пропуская удар, и тут же – выпадом – уколол соперника в шею! Бросок вышел невероятно быстрый, как у кобры или местной рогатой гадюки. Быстрый и такой же смертельный.