Я ни на что не надеялся, бузил больше из принципа и по молодости, но шеф меня внимательно выслушал. Наверное, впервые в моей журналистской практике. И впервые согласился сменить название моей статьи.

Второй психологический удар грянул после обеда. Я позвонил в областную администрацию, и девушка-секретарь меня соединила с руководителем департамента. Я взял интервью по телефону всего лишь за 10 минут! Раньше для такого мне надо было сначала высылать факс, договариваться о встрече, подъезжать «в указанное место» и «в указанное время».

Я не хотел лечиться. Мне было волшебно хорошо. Но организм взял свое – через неделю я вернулся в свой привычный фальцет. Меня опять перестали слушать. Мне опять стало противно слушать самого себя. Магия голоса закончилась. Захотелось начать причитать вслед за Паниковским: «Меня девушки не любят!» Очередной заголовок статьи поменяли, даже не вникнув в мои доводы.

Но я уже почувствовал вкус настоящего голоса. Я начал проводить эксперименты со своим голосом, чтобы вернуть ему прежние свойства. Опыты были достаточно жестокими. Пробовал глотать литрами холодную воду, полоскать горло марганцовкой, курить дешевые сигареты. Все эти способы давали некоторый эффект, но были либо слишком неприятными, либо долгими.

Выход подсказали кришнаиты. Потянув, ради смеха, вместе с полуголой делегацией приверженцев «Бхагават-Гиты» несколько минут мантру «О-м-м-м-м-м», я почувствовал, что нашел. Голос пел в груди, вибрировал и оставался таким же и после «процедуры». Ежедневная голосовая разминка стала привычкой. Я опять почувствовал себя сильным и уверенным. Мое мнение опять стало более авторитетным.

Наигравшись с мантрами, я начал пробовать другие варианты голосовой игры. Переходить на другие согласные, другие интонации. Попробовал говорить выше, чем обычно, громче, тише. Мне было интересно познакомиться с возможностями собственного тела. Через несколько дней я уже легко мог играть голосом в любую сторону. Неожиданно начала получаться имитация «знаменитых» голосов: Брежнева, Горбачева, Левитана, Кобзона...

Особо начальственный и солидный голос был разработан для деловых телефонных разговоров. Если вживую слишком низкая речь воспринималась неестественно, ну подумайте, щупленький 19-летний паренек говорит густым басом, то здесь можно было резвиться. На том конце провода впечатление о себе можно было создавать любое.

У моей находки оказалось еще одно достоинство. На мой новый голос стали неадекватно реагировать женщины. Сам я о своем «счастье» не догадывался, пока не услышал нарекания от знакомой из соседнего отдела редакции.

– Дим, ты не мог бы поменьше по телефону с нашими девушками болтать... А то отвлекаются.

– Да я чего... Они же сами звонят, вроде по делу...

– Дим, дело у них до тебя одно... У тебя по телефону такой голос, что просто... Ну в общем это сплошной «секс по телефону»...

И тут я на собственном опыте дошел до мысли, что слова в коммуникации не главное. Гораздо важнее, как именно их говорят».

В этой главе речь пойдет о том, как работать с собственным голосом, походкой, осанкой, манерами...

Вы когда-нибудь пробовали играть на ненастроенной гитаре? На ненастроенном пианино, флейте, скрипке, контрабасе – на любом неотлаженном инструменте? Получается полная бессмыслица, «сумбур вместо музыки». Слух режет, зрители разбегаются.

Так вот, ненастроенный голос, равно как и осанка, походка, движения, производят на людей примерно такое же впечатление.

Причем вне зависимости от того, насколько умные фразы вы изрекаете. У кого-то есть врожденные гармоничные выразительные способности, но таких людей немного.

Каждый день мы слышим «игру на ненастроенных человеческих инструментах».