Изменить размер шрифта - +
Мы о нем, во всяком случае, не слышали.

   - Вы, вы... - Эша встала, тщательнее запахнув халат и вскользь отметив на лице Михаила легкое разочарование. - Не надо обосабливаться, Олег Георгиевич. Думаю, уже давно пора говорить "мы". И кстати, я вам уже нашла немало Говорящих, могли бы для разнообразия предъявить мне кого-нибудь из своих! Хоть одного! И жела-тельно, вместе с его вещью. Подобные демонстрации полезны для работы.

   - Вы и вправду желаете демонстрацию? - Олег Георгиевич вытащил из пачки си-гарету, задумчиво постучал ею по столешнице, потом кивнул Михаилу. - Покажи ей.

   - Нет, правда?! - с восторгом спросил тот, и Эша недоуменно воззрилась на шофе-ра, который внезапно разволновался, отчего стал выглядеть еще более несерьезно, чем раньше.

   - Что это, интересно, он может мне показать? Если только...

   - Помолчите, - небрежно приказал Ейщаров. - Давай, Миш, только будь любезен, держись в рамках, или я тебе надену такие наперстки на все пальцы.

   - А их много? - искренне испугалась Шталь.

   - Не надо! - одновременно с ней испугался и Михаил, обыскивая самого себя. - Даже не знаю, с чего... Если в рамках, так у меня и... Я сейчас, - он развернулся, с грохотом выдернул один из кухонных ящиков и принялся бряцать столовыми прибо-рами. - Не то, не то... А, во! Идеально! - Михаил выхватил из ящика новенький и выглядящий очень прочным и острым столовый нож, и Эша тотчас сделала шажок назад.

   - Миш, если я тебе что и говорила, так ты же понимаешь, что все это было несерь-езно...

   - Да нет! - с досадой воскликнул Михаил и сунул ей нож рукояткой вперед. - На! Подержи в руках.

   Эша машинально приняла нож и посмотрела на него раздраженно.

   - Знаете, что я вам скажу - совести у вас нет! Я только-только в себя пришла, а вы уже заставляете меня готовить?!..

   - Чего? - удивился Михаил. - Да нет, просто осмотри его. Проверь, острый ли... Только внимательно.

   - Я не разбираюсь в ножах, - пробурчала Эша, послушно поворачивая нож так и этак. - Нож как нож. Да ну, глупость...

   - Делайте, что вам сказали, - Ейщаров взглянул на часы. - Вы же сами желали де-монстрацию.

   - Да, но... - Эша осеклась, потом недоверчиво посмотрела на ухмыляющееся лицо шофера. - Да ладно вам, быть этого не может! Вы меня разыгрываете!

   - Вот сейчас и проверим! - задиристо отрезал Михаил. Шталь снисходительно пожала плечами, осторожно тронула пальцем кончик ножа и, ойкнув, сунула проко-лотый палец в рот.

   - Итак, нож острый, - удовлетворенно констатировал Михаил и, протянув руку, забрал нож. Эша фыркнула.

   - И что именно я должна была понять из этой демонстрации?

   - А я еще ничего не демонстрировал, - сообщил Михаил, отходя к окну и небреж-но поигрывая ножом. - Забавный экземпляр, редкий и... - он стал медленно повора-чиваться, держа нож на ладони острием к себе, - в некоторой области совершенно бесполезный.

   Эша начала было открывать рот, чтобы спросить, в какой это, интересно, облас-ти... но тут Михаил неожиданно резко завершил разворот, и его рука совершила ко-роткое движение - сильное и в то же время удивительно небрежное, сделанное как бы между прочим. Шталь почему-то успела подумать о птицах - маленьких птицах, умещавшихся в ладони, которых выпускали, подбрасывая в воздух - движение было очень похоже, только направлено оно было не вверх, а вперед. И вылетела из ладони не птица.

   Нож совершил только один оборот, коротко блеснув в воздухе, и Эша поняла, что это такое лишь когда острие коснулось ее кожи там, где заканчивалось декольте ха-латика. Она почувствовала тупой удар, словно ее с размаху ткнули в грудь ручкой швабры, краем глаза увидела, как вскочил с табуретки Ейщаров, потом что-то бряк-нуло о пол, и от окна кто-то сказал:

   - Вот.

Быстрый переход